Теория истины

Философские теории истины

Теория истины

 Обычно истину определяют как соответствие знания объекту. Истина — это адекватная информации об объекте, получаемая посредством его чувственного или интелектуального постижения.  Т.о. истина — это субъективная реальность в ее информационном и ценностном аспектах. Ценность знания определяется мерой его истинности.

 Но человечество редко достигает истины иначе, как через крайности и заблуждения. Заблуждение — это содержание сознания, не соответствующее реальности, но принимаемое за истинное.

  Заблуждения тоже отражают, правда односторонне,  объективную действительность, имеют реальный источник. В любом вымысле содержатся нити реальности.

Заблуждения обусловлены и относительной свободой выбора путей познания, сложностью решаемых проблем, стремлением к реализации замыслов в ситуации неполной информации.   

 Истина имеет субъективную и объективную стороны. Субъективность ее означает, что она находится в человеке, в его сознании и степень ее раскрытия зависит от уровня разщвития самого человека. Истина объективна в том отношении, что в ней фиксируется содержание, относящееся к объективным предметам, существующим независимо от сознания.

 На гносеологическом уровне истина – это содержательная характеристика человеческих знаний. Существуют различные модели понимания истины.

  • Классическая (объективистская) концепция истины. Здесь под истиной понимают соответствие человеческих знаний оеальному положению дел, какой-то объективной действительности. Концепция сформировалась в античности. Знания могут соответствовать объективной природной действительности (Аристотель) или идеальному бытию вечных идей (Платон). Классическая концепция была и остается наиболее влиятельной среди философов и ученых. Она в наибольшей мере отвечает их интуитивной вере в то, что они не творят научные гипотезы и теории по своему усмотрению, а познают нечто в самом бытии.. Тем не менее эта концепция встречается с рядом трудностей. Чтобы сопоставлять знание с действительностью, мы должны быть уверены в абсолютной надежности, подлинности этой действительности. Но как раз такой уверенности нет. Мы сравниваем наше знание не с самой действительностью, а с ее восприятием, с миром нашего опыта, который зависим от наших познавательных способностей. Мир как бы заранее субъективно упорядочен нами. Отношение между мыслями и действительностью не может быть простым сличением двух независимых друг от друга компонентов. Мысль – это не зеркальное отражение бытия, а особое идеальное образование, в котором тесно переплетены субъективное начало и объективная действительность. Поэтому следует признать, что классическая концепция базируется на расширенном варианте обыденных представлений, где всё сводится к проверке эмпирическим способом, а такие проверки далеко не всегда можно осуществить.
  • Когерентная теория истины: Истинное знание всегда внутренне непротиворечиво и системно упорядоченно. В таком утверждении есть доля истины. Тем не менее следует признать, что отсутствие логических противоречий и взаимосвязанность суждений в теории, еще не свидетельствуют о ее истине. И наоборот – наличие диалектических противоречий, антиномий внутри теории еще не дает оснований для заключений о ее ложности.
  • Прагматистская концепция: Знание должно быть оценено как истинное, если оно способно обеспечить получение некоего реального результата – утилитарного, экспериментального и т.д. Истина здесь отождествляется с пользой или результативностью. В принципе, знание, особенно научное, прагматично. Но утилитарную направленность науки не следует преувеличивать. Многие научне теории в момент их создания не имеют никакого экспериментального и технического применения.
  • Конвенциалистская концепция: Истина есть продукт гласного или негласного соглашения между участниками познавательного процесса. То, что может трактоваться в рамках одного научного сообщества как истинное знание, в другом будет расценено как знание ложное. При всей значимости факта соглашений в познании его все-таки не следует доводить до абсурда. Иначе это приводит науку и философию, сферы доказательного и систематического мышления, ук обывател ьсткому тезису, что у каждого своя истина.

 Истина – это не только некий результат, но и процесс, в котором диалектически сочетаются моменты абсолютности и относительности, колнкретности и вариативности. Реальный мир бесконечен и многообразен.

Познавая вечно движущийся мир, мы как бы временно приостанавливаем его движение, открываем то, что сегодня доступно нашему разуму, и этим самым через открытие относительных истин стремимся к абсолютной истине.

 Отсюда вывод: истина носит процессуальный, динамический, а не статический характер. Процессуальность истины проявляется в трех планах:

  • В историческом – это постепенная кристаллизация истинного знания, когда неполное и фрагментарное знание предмета на эмпирической стадии познания сменяется построением его «теоретического образа», обеспечивающего целостное понимание и предсказание.
  • В логическом – истинное знание никогда не открывается сразу и целиком, а требуцет логических усилий мысли по своему изложению и  усвоению.
  • В экзистенциальном плане – истинное знание требует для усвоения некоторой подготовки, душевной зрелости, к истинам и ценностям человек приходит путем борений и раздумий.

 Процессуальность истины, диалектика абсолютных и относительных, субъективных и объективных компонентов в ней так или иначе выводят нас на центральную проблему: на основе каких критьериев мы вообще расцениваем одно знание как истинное, а другое – как ложное.

 Под критерием истины понимается разрешающая процедура, позщволяющая оценивать знание либо как истинное, либо как ложное.

 Безусловной заслугой марксизма является то, что он в ясной и недвусмысленной форме постарался  найти критерий истины не внутри системы знания, а вне ее – в общественно-исторической практике человека. Практика соединяет и соотносит объект и действие, производимое в соответствие с мыслью о нем. Именно в таком действии и проявляется истинность мысли.

 Практическая проверка истинности знаний, теорий может носить многообразные формы: это может быть непосредственная реализация замысла в природной и социальной реальности; в науке – это эксперимент; для сложных, абстрактных областей познания – это моделирование.

 Нельзя забывать, что практикане можеть полностью подтвердить или опровергнуть какое бы то ни было представление, знание. Практика хранит молчание относительно того, что находится за пределами ее исторически ограниченных возможностей. Однако она постоянно развивается. В процессе развития истинного знания, увеличения его объема наука и практика все больше выступают в нераздельном единстве.

 Критерий практики является универсальным, но относител ьным критерием истинности. В науке существует масса идей и гипотез, которые нельзя проверить не только в практической деятельности, но и в эксперименте. Поэтому приходится обращаться также и критерием внутри науки.

Таковы, например, логические критерии истины: непротиворечивость, запрет на одновременное наличие противоположных суждений внутри теории; независимость аксиом; требование полноты суждений внутри теории; системной упорядоченности и взаимосогласованности положений внутри теории и т.д.

Источник: https://students-library.com/library/read/17894-filosofskie-teorii-istiny

Теория истины (стр. 1 из 6)

Теория истины

Реферат

«Теория истины»

1. Что есть истина?

В процессе познания человек не только формирует знание, но и оценивает его. Знание может оцениваться с позиции его применимости, полезности, важности, актуальности и т. д. Центральное место среди разнообразных видов оценки знания занимает оценка его с точки зрения истинности или ложности.

Слово «истина» иногда употребляется не только для оценки знания, но и для характеристики каких-то вещей и явлений действительности.

Например, говорят: «истинная дружба», «истинная красота», «истинный гений» и т. п. Здесь «истинное» означает настоящее, подлинное, отвечающее нашим идеалам и критериям.

Но в гносеологическом смысле истинными могут быть не вещи или явления, а только знание о них.

Истина как гносеологическое понятие характеризует отношение знания к реальности, точнее, к некоторому ее фрагменту, составляющему предмет познания. Знание истинно, если оно соответствует своему предмету.

Истина — это знание, соответствующее своему предмету.

Такое понимание истины восходит к Платону и Аристотелю (у Платона: «…тот, кто говорит о вещах в соответствии с тем, каковы они есть, говорит правду, тот же, кто говорит о них иначе, — лжет»). Это понимание называют классической концепцией истины.

Исходя из классической концепции, польский логик А. Тарский сформулировал так называемое семантической определение истины. Если обозначить через Р содержание высказывания (содержащуюся в нем информацию), а через «Р» само это высказывание, то определение истины по Тарскому выглядит так: «Р» истинно, если и только если Р. Например: Высказывание «снег бел» истинно, если и только если снег бел.

Семантическое определение истины в формально-логическом виде указывает условие, при котором высказывание может считаться истинным. Это условие состоит в том, что содержание данного высказывания должно соответствовать действительности.

То есть чтобы утверждать истинность высказывания «снег бел», надо сначала установить, действительно ли снег бел. Но чтобы установить это, надо выйти за пределы формальной логики и обратиться к сопоставлению содержащегося в нашем высказывании знания с его предметом.

Таким образом, семантическое определение истины есть правило, по которому свойство истинности переносится от содержания высказывания (т. е. знания) на само высказывание (т. е.

форму выражения знания), причем под истинностью знания подразумевается его соответствие своему предмету, как того требует классическое определение истины.

Разумеется, не все наши знания истинны. Людям свойственно заблуждаться и ошибаться. В их знаниях всегда присутствует больший или меньший элемент субъективности, связанный с особенностями их восприятия действительности, свойственными им социальными стереотипами, индивидуальными интересами и симпатиями.

Часто люди склонны принимать желаемое за действительное; эмоции, влечения, предубеждения нередко ослепляют человека настолько, что он утрачивает способность объективно судить о вещах. Однако если бы в человеческих знаниях не было истины, люди попросту не смогли ориентироваться в окружающей действительности.

Жить, действовать и добиваться успехов в делах им удается именно потому, что их знания в общем и целом соответствуют действительности, дают правильное, истинное представление о ней.

Помимо классической концепции истины, в философии существуют и иные подходы к ее пониманию. В одних истинность знания связывается с его самосогласованностью, непротиворечивостью (когерентная теория истины), в других — с его практической полезностью (прагматическая теория).

Указанные свойства знания, несомненно, очень важны, и классическая концепция истины не отрицает этого. Она не исключает когерентный и прагматический подходы и может быть соединена с ними.

Действительно, в ходе познания нередко сначала констатируют некоторый факт (по Платону — в соответствии с тем, каков он есть) и суждение о нем стремятся согласовать с другими имеющимися данными, а затем встает вопрос, как с пользой применить полученное знание.

Следует, однако, учесть, что истина остается истиной независимо от того, согласуется ли она с другими или противоречит им, полезна она или вредна. Когерентная и прагматическая концепции выражает не столько сущность истины, сколько требования, которые к ней предъявляются.

При этом, однако, требование непротиворечивости является хотя и необходимым, но недостаточным (мало придумать какую-то непротиворечивую систему утверждений — надо еще проверить, пригодна ли она для описания действительности), а требование прагматической полезности выполняется далеко не всегда.

2. Основные свойства истины

Истина объективна. Ее содержание должно соответствовать действительности, а потому оно не может зависеть от субъекта, от его мнений или желаний. Истинное знание отражает то, что есть на самом деле.

Истина может нам нравиться или не нравиться, мы можем признавать или отвергать ее. Бывает, что «тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман»… Но истина остается истиной, как бы мы к ней ни относились.

Объективность истины не означает, что она вообще полностью независима от субъекта. Ведь истина существует не сама по себе и не витает где-то в потустороннем мире — она возникает в человеческом сознании как результат познавательной деятельности людей.

Человек ведет поиск истины там, где это ему нужно, и от него зависит направление ее поиска. Он создает истинное знание, осмысливает и оценивает его.

То, каких истин он достигнет и как он будет их понимать, зависит от его особенностей как биологического и социального существа, от его базиса познания, от его места во Вселенной. Мы не боги и не можем знать, каков мир в глазах всеведущего Бога.

Объективные истины, которые мы постигаем, — это человеческие истины. Они соответствуют реальности в той мере, в какой реальность «видится» человеку из его базиса познания и в какой способы человеческого познания позволяют их постичь.

Владеть истиной — значит иметь не только объективное знание о свойствах предмета, но и субъективное понимание возможностей его использования. Поэтому объективная истина неотделима от субъективных особенностей ее осознания и истолкования людьми.

В русском языке есть понятие «правда», которое в «Толковом словаре» Даля определяется как «истина на деле, истина во благе, правосудие, справедливость». Правда в этом смысле характеризует ценность истины для субъекта.

Мы можем по-разному выражать содержание объективной истины, находить для нее различные формулировки.

Например, закон всемирного тяготения можно выразить как в словах, так и в математической символике, можно записать его в интегральной и дифференциальной форме.

Выбор форм выражения какой-либо истины — во власти субъекта. Однако содержание ее он не выбирает, изменить это содержание он не в силах. Как только субъект попытается это сделать, истина перестает быть истиной.

Истина всегда конкретна. Дело в том, что соотнесение знания с реальностью всегда осуществляется при определенных условиях. Поэтому невозможно говорить об истинности знания, взятого абстрактно, т. е. без учета этих условий.

В повести М. Твена «Том Сойер за границей» Гек Финн во время полета на воздушном шаре над Америкой обнаруживает, что карта ГИТА «врет», потому что на ней «все штаты разного цвета», тогда как на самом деле это не так.

Вывод Гека свидетельствует лишь о том, что ему неизвестны условия, с которыми связано картографическое изображение государства. Точно так же он мог бы сказать, что карта «врет» потому, что на ней любой штат можно закрыть ладонью, тогда как в действительности его размеры измеряются десятками километров.

Он не говорит об этом, так как знает условия масштабного построения карты. Очевидно, чтобы установить правильность карты, надо исходить из условий, на основе которых она сопоставляется с изображенной на ней местностью.

Аналогичным образом и любое наше знание, подобно карте, может рассматриваться как соответствующее или не соответствующее реальности только тогда, когда заданы условия этого соответствия.

Конкретность истины означает, что истинность знания определяется не только соответствием реальности, но и конкретными условиями, при которых оно соотносится с этой реальностью.

Обычно эти условия задаются ситуацией, в которой происходит познание, смысловым контекстом, в котором формулируются его результаты, задачами и вопросами, которые субъект в процессе познания решает. Вырвав какое-то истинное высказывание из его смысловых связей, мы можем упустить из виду эти условия.

А тогда содержание высказывания становится неопределенным и может толковаться произвольным образом. Так, иногда цитате, выхваченной из текста, придают совсем не тот смысл, который вложил в свои слова автор.

В повседневной жизни люди часто даже не осознают все те условия, из которых они исходят, когда признают какие-то знания истинными или ложными. Но фактически такие условия всегда подразумеваются. А в науке их приходится выявлять и строго фиксировать, чтобы точно и однозначно определить истинность ее утверждений.

Принцип конкретности истины как раз и требует того, чтобы судить об истинности наших знаний с учетом конкретных условий, при которых они сопоставляются с действительностью.

Если это не делается, то отношение знания к действительности может оказаться настолько неясным, что вопрос о его истинности будет невозможно решить.

Например, утверждение «небо голубое» при одних условиях наблюдения истинно, а при других ложно. Не принимая во внимание условий наблюдения, невозможно определить, является ли оно истинным или ложным.

Если условия получения экспериментальных знаний точно не зафиксированы, то об истинности этих данных нельзя сказать ничего определенного.

Даже утверждение, что дважды два четыре, может считаться образцом истины только потому, что нет сомнений в условии, что используется обычно употребляемая десятичная система счисления (а, скажем, не двоичная или троичная).

Источник: https://mirznanii.com/a/231878/teoriya-istiny

Booksm
Добавить комментарий