Структура «науки логики» Гегеля

Краткий обзор науки логики

Структура «науки логики» Гегеля

В науке логики, как и в целом в системе спекулятивной философии, знание и предмет изначально находятся в единстве, именно поэтому метод философии или логики и ее содержание или сама система неотрывны друг от друга, о расхождении и тем более противопоставлении системы и метода философии Гегеля говорить не приходится.

Абсолютное мышление представляет само себя как начало и одновременно должно вернуться к самому себе же в конце как абсолютная идея.

«Главное для науки не столько то, что началом служит нечто исключительно непосредственное, а то, что вся наука в целом есть в самой себе круговорот, в котором первое становится также и последним, а последнее — также и первым»(2: 1, 128).

Это мышление не противостоит своему предмету, а развертывает его из самого себя таким образом, что непосредственное и опосредованное в процессе мышления взаимно подталкивают друг друга к развитию. В этом специфика гегелевского философского мышления, которое предстает «в абсолютном смысле как мышление бесконечное, не обремененное конечностью сознания…

мышление как таковое» (2: 1, 118). Только так мышление может быть представлено научным образом во всей полноте и взаимосвязи его форм. В отличие от содержательной логики Гегеля традиционная аристотелевская формальная логика, по его мнению, «может притязать самое большее на значение естественно-исторического описания явлений мышления в том виде, в каком они имеются налицо» (2: 3, 30).

Три формы филсофского мышления

Логическое мышление у Гегеля выступает в трех формах: рассудочной, диалектической и спекулятивной, каждая из которых выражает одну из сторон мышления: первая — абстрактное мышление в конечных категориях рассудка, вторая — диалектическое мышление, обнаруживающее противоречивость категорий рассудка и отрицающее их ограниченность, и, наконец, третья — спекулятивное мышление, удваивающее отрицание и производящее в мышлении некий положительный результат. Движение в науке логики, как и в феноменологии духа, происходит через двойное отрицание, или Aufhebung, как называет этот процесс Гегель, т. е. преодоление одной формы другой, вырастающей из отрицания первой.

Бытие

Свое движение по категориям мышления гегелевская логика начинает с непосредственного бытия. Понятие бытия представлено как, с одной стороны, непосредственное начало и самый простой предмет мышления, а с другой стороны, оно уже содержит в себе как понятие внутреннее противоречие и отрицательность, опосредованность рефлексией, которое даст толчок всему последующему развитию.

Рефлексия показывает нам это непосредственное бытие в отношении к его отрицанию как определенному, качественному бытию, но тем самым неопределенность самого бытия становится его качеством, следовательно, оно — определенное в себе — и есть наличное, конечное бытие.

Внутри бытия неопределенного и чистого разыгрывается та же игра между ним самим и его отрицанием в виде ничто, чистое бытие переходит в ничто. На стадии бытия движение категорий осуществляется за счет «перехода в другое»(7: 1, 215), ибо каждая определенность есть в то же время нечто сущее, а их взаимная отрицательность выступает как нечто внешнее по отношению к ним.

Бытие и ничто, переходя друг в друга, снимаются оба в становлении, но, в свою очередь, и становление снимает себя и переходит в ставшее, в «некоторый спокойный результат», который открывается как сущее, т. е. происходит возвращение в бытие. Результат повторного перехода или отрицания, — не ничто, а именно наличное бытие.

Для наличного бытия существенными оказываются его развертывание через категории конечного и бесконечного. Поскольку в наличном бытии определенность, или качество, соединилась с самим бытием в результате предшествующего движения, то отрицательность теперь присуща самому наличному бытию.

Наличное бытие как конечное нечто имеет границу в себе, в его конечности вновь проявляет себя отрицательность ничто, и поэтому нечто преходяще, оно уничтожается, а не просто изменяется.

Конечное преодолевает себя постоянно и тем самым переходит в бесконечное, которое, в свою очередь, остается тем не менее конечным также, ибо удерживается конечным и все время восстанавливает уже преодоленное конечное, переступает границу и вновь ее воссоздает. Так в мышлении образуется то, что Гегель называет дурная, или отрицательная, бесконечность.

«Удерживая бесконечное чистым от конечного и вдали от него, мы его лишь оконечиваем»(2: 1, 201), иными словами: «Убегающий еще не свободен, потому что он в своем бегстве все еще обусловливается тем, от чего он убегает»(7: 1, 233).

Избавление от дурной бесконечности достигается вместе с избавлением от внешней рефлексии, когда переход в другое означает переход в другое как в такое же нечто, следовательно, есть и возвращение в себя нечто и одновременно его самопреодоление, вхождение рефлексии в само бытие.

Наличное бытие превращается в бесконечное отношение бытия с самим собой, в для-себя бытие, простейшую форму сознательности или понятия как сущего. «Сознание уже как таковое содержит в себе определение для-себя бытия» (2: 1, 224), тогда как «самосознание есть для-себя-бытие как исполненное и положенное… ближайший пример наличия бесконечности» (2: 1, 225).

Наличное бытие снимается в отрицании и обнаруживает конечность как идеальное, а не реальное, с другой стороны, здесь же выступает и реальность идеального, но только через истинную бесконечность в самосознании, или в для-себя-бытии. «Эта идеальность конечного есть основное положение философии, и каждое подлинно философское учение есть поэтому идеализм» (7: 1, 236).

Для-себя бытие выступает через категории одно (оно отрицает отношение с другим, поскольку само есть это другое), но тем не менее как одно в отношении многих, поэтому дальнейшее развертывание отрицательности и идеальности бытия связано уже с категорией количества. «Количество есть качество, ставшее уже отрицательным; величина есть определенность, которая больше не едина с бытием, а уже отлична от него, она снятое, ставшее безразличным качество» (2: 1, 137). «Число есть мысль, но оно есть мысль как некое совершенно внешнее самому себе бытие»(7: 1, 251).

Если качество переходит в количество (через отрицание в логическом мышлении), то и количество переходит к качеству (как единству с качеством через повторное отрицание) путем меры как качественно определенного количества. Узловая линия мер, представляющая это движение перехода количества в качество, выражает в себе сущность или истину бытия.

Сущность — истина бытия

«Бытие, или непосредственность, которая через отрицание самой себя опосредствует себя собой и приходит в отношение с самой собой и которая следовательно, есть также опосредование, снимающее себя, приводящее себя к отношению с собой, к непосредственности, есть сущность.»(7: 1, 262).

Рефлексия теперь не просто внешним образом проникает в само бытие, а позволяет себе снять или отрицать бытие ради проникновения в сущность. «В сущности нет больше перехода, а есть только отношение. Форма отношения есть в бытии лишь наша рефлексия; напротив, в сущности отношение есть ее собственное определение» (7: 1, 262).

Сущность низводит непосредственное бытие к видимости, а с другой стороны, заключает бытие в себе как отношение к самой себе. «Сущность и далее внутреннее находят свое подтверждение единственно лишь в том, как они выступают в явлении»(7: 1, 268).

«В ней все положено как бытие рефлексии, бытие, которое светится видимостью в другом и в котором светится видимостью другое. Она поэтому есть также сфера положенного противоречия, которое в сфере бытия остается лишь в себе» (7: 1, 269).

Противоречия мышления обнаруживаются на уровне сущности как раз в явном виде и также необходимо преодолеваются в самой сущности. Поэтому, как заявляет Гегель, «противоречие — вот, что на деле движет миром, и смешно говорить, что противоречие нельзя мыслить.

Правильно в этом утверждении лишь то, что противоречием дело не может закончиться и что оно (противоречие) снимает себя через само себя. Но снятое противоречие не есть абстрактное тождество, ибо последнее само есть лишь одна сторона противоположности.

Ближайший результат положенной как противоречие противоположности есть основание, которое содержит в себе как снятые и низведенные лишь к идеальным моментам и тождество и различие»(7: 1, 280).

Тождество и различие, содержание и форма, сущность и явление, необходимость и случайность, действительность и возможность все эти категории преодолевают себя и отражаются, или «светятся видимостью», в своей противоположности за счет собственной рефлексии, тем самым они оказываются связанными с друг другом и демонстрируют вместо своей противоположности свое единство в процессе мышления. Сущность есть сторона явления, но и явление в равной мере существенно. Через субстанциальное отношение (необходимость), причинное отношение и взаимодействие раскрывается категория действительности, пронизанная логическими отношениями, что демонстрирует нам разумный характер самой действительности.

«В отличие от голого явления действительность как прежде всего единство внутреннего и внешнего так мало противостоит разуму, что она, наоборот, насквозь разумна, и то, что неразумно, именно поэтому не должно рассматриваться как действительное»(7: 1, 314). Для логики это означает, что действительность снимает себя в логической форме понятия.

Понятие

Начавшись с понятия бытия, теперь само понятие снимает противоречие бытия и сущности и выходит на поверхность в чистом виде. Это не то же, что понятие в формальной логике, — простая форма общего.

«Понятие здесь следует рассматривать не как акт сознающего себя рассудка, не как субъективный рассудок, а как понятие в себе и для себя, образующее ступень и природы, и духа» (2: 3, 20). «Понятие есть истинно первое, и вещи суть то, что они суть благодаря деятельности присущего им и открывающегося в них понятия.

Мысль, или, точнее говоря, понятие, есть та бесконечная форма или свободная творческая деятельность, которая для своей реализации не нуждается в находящемся вне ее материале» (7: 1, 347).

На этой ступени движение происходит как развитие, развертывание реальности понятия из него самого и проходит следующие стадии: субъективное понятие (заключающее в себе гегелевское учение о традиционных формах мышления: понятии, суждении и умозаключении), объективное понятие, разворачивающееся в области естествознания в виде механизма, химизма и телеологизма, и абсолютная идея, раскрывающая себя через жизнь и познание. «Понятие, которое сначала только субъективно, соответственно своей собственной деятельности, не нуждаясь для этого ни в каком внешнем материале или веществе, приходит к тому, чтобы объективировать себя, и точно так же объект не есть нечто неподвижное, нечто, в чем не совершается никакого процесса; его развитие состоит в том, что он обнаруживает себя одновременно и как субъективное, которое образует дальнейшее движение к идее»(7: 1, 384).

Сама абсолютная идея складывается как единство полностью развитой действительности как жизни и всей полноты форм и содержания познания. И поэтому «единственно лишь абсолютная идея есть бытие, непреходящая жизнь, знающая себя истина и вся истина» (2: 3, 288). Этим заканчивается развертывание Абсолюта на уровне чистого объективного мышления, но продолжается его развитие как переход абсолютной идеи в инобытие, в природу. Абсолютное мышление не может остановиться или ограничиться чистым самим собой, а вынуждается реализовать внутреннюю отрицательность, накопленную в ходе логического движения, против самого себя и предстать уже как нечто объективированное и внешнее, как природа.

Источник: http://www.di-mat.ru/gegel-227/kratkii-obzor-nauki-logiki

«Наука логики» и система Гегеля

Структура «науки логики» Гегеля

При всей несомненной значимости философско-правовой, т.е. социально-философской, проблематики в центре новаторской деятельности Гегеля в нюрнбергский, гейдельбергский и берлинский периоды оказывается грандиозная реформа логики, теории познания, учения о мире, о категориях философии. Все это сконцентрировано в трех книгах, получивших название «Науки логики»8.

И когда Гегель в 1816 г. был приглашен в Гейдельбергский университет, то он приехал туда уже достаточно известным автором, потому что «Наука логики» в отличие от «Феноменологии духа» получила широкий резонанс. Гегеля-философа уже знали. На него возлагали смелые и, как оказалось, оправдавшиеся надежды. Его лекции приезжали слушать люди из разных концов Германии.

Гейдельбергский период, работа в университете (1816-1818) интересны тем, что Гегель впервые сделал попытку дать набросок системы — своего рода энциклопедию философских наук, что произошло в 1817 г. Гейдельбергская «Энциклопедия» — краткая предварительная версия той «Энциклопедии», которую мы знаем и обычно читаем, та, в которую наука логики входит в сокращенном варианте (в виде Малой логики).

В «Энциклопедии философских наук» 1817 г. очерчены все основные контуры системы Гегеля. Дальнейшие издания «Энциклопедии» (а именно, издания 1827 и 1830 гг.) расширяли и уточняли краткий вариант. Отчасти дополнения и уточнения сделал сам Гегель, отчасти внесли его ученики на основании лекций Гегеля.

Тут перед нами возникает одна из самых главных проблем современного гегелеведения — вопрос о системе Гегеля и источниках, в которых она представлена.

Вспомним, что мы оставили проблему системы как бы на перепутье: основанием системы считалась феноменология духа.

И в системе зрелого Гегеля за феноменологией как бы по-прежнему сохраняется роль «входных ворот» в систему. Но теперь Гегель уже твердо и определенно делает основанием системы «Науку логики».

«Наука логики» как сочинение является первой и фундаментальной частью системы философских наук Гегеля.

Вторая часть философской системы — «философия природы». (Русский перевод сделан с посмертного издания 1842 г.) Гегелю принадлежат тексты, которые значатся под параграфами и примечаниями «Философии природы».

Там же, где стоит слово «прибавление», приводятся вторичные тексты из записей учениками лекций по «Философии природы», которые читал Гегель, а также на основании (немногих) текстов, оставшихся от Гегеля.

Итак, Прибавления — в основном, если не преимущественно, негегелевские тексты.

Третья часть «системы философских наук» — это философия духа. Русский перевод сочинения с таким названием («Философия духа») выполнен на основе варианта 1845 г., т. е. посмертного издания под редакцией Баумана, одного из учеников Гегеля.

Там опять-таки в примечаниях частично использованы тетради, оставшиеся от Гегеля; но в основном обработаны пять тетрадей с записями лекций.

Другими словами, если «Наука логики» есть от начала до конца текст Гегеля, то «Философия природы» и «Философия духа» как части «Энциклопедии философских наук» — отчасти тексты Гегеля, отчасти тексты вторичные.

Что такое вторичные тексты Гегеля? Как они возникли? С какой степенью доверия к ним можно относиться? Степень доверия здесь довольно высокая. Некоторые записи лекций прошли проверку путем сравнения. Брались пять тетрадей, пять записей и обнаруживалось, что в некоторых из них имеются существенные совпадения.

Это не было случайным, потому что Гегель часть своих лекций надиктовывал (некоторые параграфы и положения читались под диктовку и записывались слушателями). И все-таки они — вторичные материалы со всеми вытекающими последствиями. Поэтому цитировать их нужно с осторожностью, с постоянным напоминанием о том, что цитируется вторичный текст.

«Философия духа», третья основная часть системы, в свою очередь делится на три части — на учения о субъективном, объективном и абсолютном духе. Субъективный же дух делится на антропологию, феноменологию и психологию.

Здесь, в контексте субъективного духа, феноменология выступает несколько иначе, чем в работе «Феноменология духа»: речь идет лишь о субъективном духе, поскольку он неразрывно связан с человеческим духом, о духе, поскольку он как бы заключен в «каркас» уникального единичного человеческого существа.

Чрезвычайно важным в структуре гегелевской системы является объективный дух, который в свою очередь делится на право, мораль, и нравственность. А нравственность сама делится еще на три части: семью, гражданское общество, государство. Объективному духу Гегель посвятил не только часть «Энциклопедии», но и разработанную ранее «Философию права».

Она имеет то же членение: право, мораль и нравственность. В ней, о чем уже шла речь, тоже повествуется о семье, гражданском обществе и государстве. (Надо учесть также, что русский перевод «Философии права» выполнен на основе издания учеников Гегеля, под редакцией Э. Ганса; и опять параграфы и примечания принадлежат Гегелю, а Прибавления — тексты Ганса и других гегелевских учеников.

) В то время, когда Гегель преподавал в Гейдельберге и особенно в Берлине, когда он читал множество курсов лекций, он стал философом, при жизни признанным великим. Возможно, что он снова как-нибудь переиначил бы, перестроил свою систему. Но в 1831 г. его постигла безвременная смерть от холеры. Это случилось как раз тогда, когда он, по-видимому, снова был готов подпереть науку логики социально-философским основанием.

Теперь рассмотрим, что представляют собой по содержанию части гегелевской системы, как они связаны друг с другом, какую имеют сравнительную ценность, как изучаются сегодня. Фундирующая роль науки логики в системе Гегеля в значительной мере связана с тем, что великий мыслитель хотел построить систему философии как научную систему, как систему философских научных дисциплин.

Логико-методологический каркас, общий для всех них, надлежало выстроить в первую очередь. Ставились также вопросы, до сих пор важные и для науки, и для философии: с чего начать науку, что должно быть клеточкой, или началом, науки, как развивать затем изложение научной системы и т.д. «Наука логики» задает и обосновывает свой маршрут.

Гегель разделяет главную задачу на три подзадачи. Первое — это интерпретация бытийственных сторон какого-либо объекта. Соответственно первый раздел «Науки логики» имеет название «Бытие». Вторая задача — исследование отношений сущности (второй раздел «Сущность»). Третья задача (в разделе «Понятие») — это объединение того и другого.

Что значит исследование «бытийственного» аспекта исследования? Ведь всякий предмет, который какой-либо наукой излагается и исследуется, так или иначе существует, наличествует, причем существовать он может самым причудливым образом. Пусть речь идет о физическом предмете в физике как о науке о телах.

Как существует физическое тело? Это вопрос, на который (в свете гегелевской системы науки, логики как логики науки) нужно ответить в первую очередь. Ясно, что физическое тело природы не тождественно «телу» как категории физической науки: при всей их связи существуют, «бытийствуют» они по-разному.

Может возникнуть вопрос: как строится системно наука о человеческом сознании? Прежде всего это значит, что нужно зафиксировать, как бытийствует сознание, как оно дается, как может быть описано в количественных и качественных характеристиках, в мерных характеристиках (если такие возможности существуют). Трудности тут особые: ведь сознание, казалось бы, неуловимо.

Однако оно как-то объективируется, особым образом существует, бытийствует, дается сознанию же. Логическое, философское осмысление бытийственности — первая системная задача и загадка логики. Главные категории сферы бытия — количество, качество, мера.

Вторая системная задача вытекает из необходимости затем отвлечься от проявлений, от бытийственных феноменов и взять их в чистоте, закономерности, выявить отношения данной области, сделать попытку разобраться в их внутренних связях.

Гегель фиксирует шаги анализа с помощью таких категорий, как рефлексия, возможность, действительность, причинность, противоположность и противоречия. Они входят в раздел «Сущность». Остановимся на теме противоположности и противоречия. Вообще-то тема противоположности и противоречия проходит через всю «Науку логики».

Что именно применительно к этой теме разбирается в сфере сущности гегелевской «Науки логики»? Здесь имеет место такое фиксирование противоположностей, когда они как бы выходят один на один друг с другом, когда они как бы готовы к «короткому замыканию», выступают как положительный и отрицательный полюса.

На данной стадии фиксируется, что два полюса не могут существовать друг без друга, однако в определенном контексте «готовы» уничтожить друг друга, если это не будет предотвращено. Вопрос об этом «если» и переносится в третью часть логики, носящей название «Понятие».

Третья часть логики — рассказ о тех реальных опосредованиях, которые устанавливаются в той или иной области жизни между противоположностями. Гегель довольно часто прибегает к примерам, взятым из жизнедеятельности общества.

Люди в обществе вступают как антагонисты, притязающие на одни и те же предметы, блага, на одну и ту же власть и т.д. И вот когда мы рассматриваем их как «плюс и минус» в разделе о сущности, то мы как бы исследуем возможный тип «короткого замыкания».

А вот когда мы исследуем систему общественных отношений, что и соответствует разделу о понятии, то получаем ответ на проблему проблем: в обществе, правда, случаются «короткие замыкания», но тем не менее плюс и минус чаще чем-то разделены, опосредованы.

В логике Гегеля выступает уже не двойственное (по типу противоречия) отношение противоположностей, плюса и минуса, а отношение триады, которую он поясняет на примере анализа соотношения всеобщего, особенного и единичного.

Источник: http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000005/st134.shtml

Начал переносить краткое изложение «Науки логики» Гегеля из английской Википедии в русскую.
Статья-оригинал для англо-русского перевода: https://en.wikipedia.org/wiki/Science_of_Logic
Статья-конечный документ для англо-русского перевода:
https://ru.wikipedia.org/wiki/Наука_логики

Здесь, в моем блоге, публикую переведенное мной.

* * *

Согласно Гегелю, логика — это форма, которую принимает наука о мышлении, когда мышление обобщают до максимально возможного общего вида. Он полагал, что в том виде, в каком наука о мышлении существовала до появления «Науки логики», эта наука о мышлении требовала полного и радикального пересмотра с «более высокой точки зрения».

Он утверждал, что цель «Науки логики» была в том, чтобы преодолеть то, что он считал общим недостатком, имеющимся у всех других логических систем, — а именно, что все они постулировали полное разделение между содержанием познания (миром объектов, который считался полностью независимым в своем существовании от мысли) и формой познания (мыслями об этих объектах, которые являются гибкими, неопределенными и истинность которых полностью зависит от того, насколько верно они соответствуют миру объектов). Этот неустранимый разрыв (между содержанием познания и формой познания), существовавший в науке о мышлении до появления «Науки логики», был, по мнению Гегеля, остатком повседневного, феноменологического (основанного на мире феноменов — ясных, четких, повседневных вещей) и нефилософского мышления[2].

Гегель верил, что он уже решил проблему того, как устранить разрыв между содержанием познания и формой познания, в его работе «Феноменология духа» (1807), когда он ввел понятие Абсолютной Идеи: «Абсолютная Идея есть истина для каждого способа мышления, …

потому что только в Абсолютной Идее разделение междуобъектом и определенностью-самой-по-себе полностью устранено; истинность теперь приравнивается к определенности, а определенность — к истинности»[3].

После того, как наука о мышлении таким способом освобождается от дуальности (разделения между объектом и определенностью-самой-по-себе), она больше не нуждается в объекте или в материи, находящейся вне нее, и служащей основой для истинности, но вместо этого наука о мышлении принимает форму, когда она сама себя развивает, опираясь на саму себя, и в результате приходит к форме, когда она содержит все способы рационального мышления. «Таким образом, можно сказать», — пишет Гегель, — «что содержание, которое создается наукой о мышлении в ходе такого развертывания самой себя, есть демонстрация Б-га в его вечной сущности до того, как он создал природу и ограниченный ум»[4][5]. Немецкое слово, которое Гегель использовал для описания этой формы мышления, которая освободилась от дуальности (между объектом и определенностью-самой-по-себе), было Begriff (обычно переводимое как Понятие или Идея).

Основные разделы Логики

Логика у Гегеля состоит из трех частей:

* * *

Примечания

  1. Мотрошилова Н. В. «Наука логики» // Новая философская энциклопедия / Ин-т философии РАН; Нац. обществ.-науч. фонд; Предс. научно-ред. совета В. С. Стёпин, заместители предс.: А. А. Гусейнов, Г. Ю. Семигин, уч. секр. А. П. Огурцов. — 2-е изд., испр. и допол. — М.: Мысль, 2010. — ISBN 978-5-244-01115-9.
  2. Hegel (1969), §35–§41. www.marxists.org. Проверено 23 июня 2016.
  3. Hegel (1969), §51. www.marxists.org. — «Absolute knowing is the truth of every mode of consciousness because …

    it is only in absolute knowing that the separation of the object from the certainty of itself is completely eliminated: truth is now equated with certainty and certainty with truth.» Проверено 23 июня 2016.

  4. Hegel (1969), §50–§53. www.marxists.org. — «It can therefore be said, […

    ] that this content is the exposition of G-d as he is in his eternal essence before the creation of nature and a finite mind.»  Проверено 23 июня 2016.

  5. Таким образом, в «Науке логики», когда Гегель вводит динамическую (диалектическу) логику в дополнение к ранее существовавшей статической (Аристотелевой) логике, то Гегель пытается описать неочевидное содержание (неочевидное для ограниченного человеческого ума, но которое, предположительно, очевидно для «вечного Б-га» или же описывает «вечного Б-га»), т.е. содержание, с которым ограниченный человеческий ум будет постоянно сталкиваться, но которое ограниченный человеческий ум не может предсказать, и содержание, которое существует в реальности, но не может быть до конца понято ограниченным человеческим умом, и содержание, которое будет постоянно опровергать теории и прогнозы, которые пытается строить ограниченный человеческий ум.

Источник: https://artsg.livejournal.com/224321.html

Booksm
Добавить комментарий