Карл Риттер, величайший географ нового времени

Откуда есть пошло жизненное пространство

Карл Риттер, величайший географ нового времени

07 августа 2017 в 13:24Науки о Земле238 лет назад родился географ Карл Риттер

О том, как велика в жизни роль удачи, о труде, который длиннее жизни, и о друге Гумбольдта читайте в рубрике «История науки».

Карл Риттер родился в Саксонии, в семье врача. Его отец умер, когда мальчик был еще маленьким, и матери с шестью детьми пришлось нелегко. Вполне может быть, что ученым Карл никогда бы не стал, если бы не два больших «повезло».

Первый раз — когда мальчику было пять лет: в соседней Тюрингии педагог-новатор Христиан Зальцман открыл свою школу и пригласил Риттера учеником. Школа Зальцмана по духу была близка идеям Жан-Жака Руссо.

В ней преподавание наук совмещали с ручным трудом и гимнастикой, а вместо бездумного запоминания текстов старались добиться от учеников понимания.

Неотъемлемой частью занятий стало изучение природы, в чем Риттеру особенно помогал один из педагогов, Иоганн Гутс-Мутс, автор нескольких трудов по географии.

В самой задумке школы Зальцмана присутствовала идея о том, что ребенку стоит давать больше самостоятельности, чем тогда было принято.

Это проявлялось и в выборе предмета изучения, и в том, какое представление о нем должно сложиться у ученика.

Такая свобода пошла Риттеру на пользу: еще в школе он стал замечать некое единство, казалось бы, мало связанных друг с другом явлений, их взаимосвязь. Эти идеи позднее лягут в основу его представлений о географии.

Во второй раз Риттеру повезло с поступлением в университет. Его приметил богатый банкир, который взял его домашним учителем для своих детей, а заодно проспонсировал учебу в Галле-Виттенбергском университете. Преподавать для детей патрона Риттер начал в 1798 году, и продолжал на протяжении 15 лет.

За это время он успел всерьез заинтересоваться географией, самостоятельно изучал историю и языки, женился. В 1819 год он стал профессором истории во Франкфурте, еще через год получил место в Берлинском университете. В это время Карл завязал много знакомств среди географов и путешественников, у которых мог узнавать последние новости об исследованиях Африки.

Он и сам путешествовал по Европе, встречался с коллегами, среди которых был и Александр фон Гумбольдт, сильно впечатливший Риттера.

Карл Риттер много лет преподавал в Берлинском университете, читал лекции по истории и географии, которые пользовались большим успехом. В них он развивал свои идеи о влиянии географии региона на ход истории проживающего в нем народа.

Такой подход он противопоставлял простому накоплению фактов о Земле. Риттер стремился найти зависимости, связи, которые соединяют различные явления, из-за чего основным объектом его исследований стали крупные регионы, континенты.

С другой стороны, Риттер настаивал на эмпиричности географии, необходимости проверки гипотез наблюдениями.

При этом воззрения Риттера не избежали влияния религии и некоторого символизма. Так, он считал, что континенты созданы такими по замыслу Бога как дом для людей. Всем частям света он приписывал какую-то роль.

Каждую из них он сравнивал с одним временем суток: Азия сродни утру, это родина древнейших цивилизаций, Африка — день, оттого и ровный климат, и «сонливость» ее населения. Европа представляла собой закат как кульминацию развития человечества.

Открытие Америки сулило новый расцвет и новую кульминацию.

В 1817 году Риттер начал работать над своим главным трудом — Die Erdkunde, или «Землеведение в отношении природы и истории человека или общая сравнительная география как надежная основа изучения и преподавания в области физических и исторических наук», в котором главное место заняла бы география сама по себе, а не история через призму географии, как это часто было в его более ранних работах. Задуманный Риттером труд был настолько масштабен, что ему пришлось оставить несколько постов, чтобы больше времени уделять работе над книгой. При жизни Риттера вышло 19 томов, в которых уместилось лишь описание Африки и частично Азии, которые ученый составлял на основе описаний и работ других исследователей.

Идеи Риттера легли в основу нескольких геополитических теорий, в том числе работ Фридриха Ратцеля, использовавшего введенный Риттером термин Lebensraum («жизненное пространство») и оправдывающего с его помощью экспансию государства как процесса, присущего развитию страны. Другой идеей Риттера, прижившейся среди его последователей, стало определяющее влияние природных условий на судьбу проживающего в этом регионе народа — географический детерминизм.

Риттер выступил одним из основателей (вместе с Гумбольдтом) Берлинского географического общества и умер в один год с этим путешественником, в 1859 году.

Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: , ВКонтакте, , Telegram.

Источник: https://indicator.ru/earth-science/carl-ritter.htm

Риттер К. | Они открывали Землю!

Карл Риттер, величайший географ нового времени

(1779-1859)

Риттер — крупнейший немецкий географ. Автор 19-томного труда «Землеведение», посвящённого Азии и Африке. Развил сравнительный метод в географии. Представитель географического детерминизма, способствовал формированию геополотики.

Карл Риттер родился в 1779 г., через десять лет после Гумбольдта. Его отец был врачом, и, когда он умер, его вдова с пятью детьми осталась без средств к существованию. В то время Карлу, самому младшему, исполнилось всего пять лет. По счастью, в 1784 г. немецкий педагог Г.

Зальцман основал новую школу, в которой он собирался проводить эксперимент по внедрению совершенно новых методов обучения. Ему нужен был ученик, избежавший влияния традиционных методов воспитания. Его можно было бы с самого начала обучать согласно новой педагогической методике.

Ребенок, которого он выбрал для этой цели, был Карл Риттер.

Воспитание и обучение географа

В конце XVIII столетия традиционные методы воспитания и обучения стали подвергаться в Германии и Франции резкому осуждению. Долгое время считалось вполне обычным требовать от ребенка запоминания избранных отрывков из книг, часто написанных на латинском или греческом языках, и громкого, вслух, повторения их.

Точное воспроизведение отдельных слов и всего текста считалось достаточным вне зависимости от того, понятно было содержание или нет. В 1762 г. Жан Жак Руссо в своем романе «Эмиль» изложил новый метод обучения, который должен был положить конец механическому заучиванию текстов наизусть и побуждать ребенка к развитию заложенных в нем от рождения способностей.

Швейцарский педагог Иоганн Песталоцци развил идеи Руссо, настаивая на принципах обучения, согласно которым свободное мышление должно основываться на тщательном наблюдении и изучении предметов и явлений и что слова как таковые, без их связи с восприятием, не имеют значения.

Зальцман был увлечен этими новыми представлениями и основал свою школу в Шнепфентале в Тюрингенском лесу, чтобы проверить их на опыте.

Учитель, которого подобрали в наставники юному Карлу Риттеру, был географ по имени Й. К. Ф. Гутсмутс. Сферу его интересов составляло изучение природных явлений, и он уже зарекомендовал себя в качестве преподавателя географии, использовавшего новые методы обучения (Hartshorne, 1939: 50–51).

С самого раннего возраста Риттер мог наблюдать тесную связь людей с окружавшей их природой. Учитель поощрял его в стремлении выработать собственное представление о единстве человека и природы.

А исключительная пестрота ландшафтов местности, где он жил и учился, с ее холмами и низкогорьями, способствовала зарождению в нем идеи о гармонии, единства в разнообразии, которая стала основной темой его зрелых трудов. Единственным объяснением, которое он мог бы сам дать такой гармонии, была очевидность божественного провидения, проявившего себя в сотворении всего сущего.

Без Руссо, Песталоцци, Зальцмана и Гутсмутса педагогический эксперимент, которому подвергался Риттер, не был бы возможен. Лишь благодаря этим ученым мужам Риттер получил наилучшее из возможных воспитание и обучение, подготовившее его к деятельности преподавателя географии.

В шестнадцатилетнем возрасте, когда Риттер собирался поступить в университет, счастье снова улыбнулось ему. Богатый банкир Бетман-Хольвег готов был оказать ему финансовую поддержку и оплатить обучение в университете, если в свою очередь Риттер согласится быть воспитателем двух его сыновей.

В университете в Галле, готовясь стать в будущем преподавателем, он работал под руководством знаменитого педагога профессора Нимейера. Свое собственное обучение Риттер продолжал и после того, как он приступил к исполнению обязанностей гувернера и воспитателя детей Хольвега в их доме во Франкфурте-на-Одере.

Он взялся за изучение латинского и древнегреческого языков, а также прочитал множество книг по географии и истории. Вместе со своими учениками он совершал частые прогулки в окрестностях Франкфурта, где попутно с преподаванием методов полевых наблюдений совершенствовал свои способности наблюдать.

В частности, он овладел искусством зарисовки ландшафтов, которое даже после изобретения фотографии осталось превосходным способом, позволяющим сохранять результаты полевых наблюдений для последующего изучения.

Позднее он расширил радиус своих выездов в поле, побывав в Швейцарии и Италии; во время этих поездок Риттер встречался со многими из выдающихся ученых. В 1807 г.

он познакомился с Гумбольдтом и проникся к нему чувством глубокого восхищения. В 1811 г.

Карл Риттер опубликовал двухтомный учебник по географии Европы; в нем он поместил предварительно приготовленные карты, характеризующие географический облик этого континента.

После смерти одного из своих учеников Риттер вместе с другим сыном Хольвега направился в Гёттингенский университет, где в 1814–1816 гг. изучал географию, историю, педагогику, физику, химию, минералогию и ботанику.

Риттер в качестве преподавателя и лектора

В отличие от Гумбольдта Риттер в течение своей жизни занимал несколько ученых постов. В 1819 г. он стал профессором истории во Франкфурте, но пробыл в этой должности всего лишь один год; в этом году он женился. В 1820 г.

его назначили главой первой кафедры географии, учрежденной в Германии в Берлинском университете; здесь он вел курс лекций вплоть до своей смерти в 1859 г.

Одновременно Риттер занимал и другие посты: читал лекции по военной истории в Прусской военной школе и руководил курсами в кадетском корпусе, а также занимал должность репетитора прусского принца Альберта.

Будучи членом научной комиссии по географии и истории, Риттер учредил Берлинское географическое общество. Несмотря на такую занятость, ему удавалось каждое лето совершать полевые выезды в различные части Европы.

Риттер был блестящим и авторитетным лектором. Его лекции, по странному контрасту с манерой писать туманно, отличались ясностью и хорошей организацией материала. Для пояснения своих мыслей он мастерски пользовался схемами и чертежами, воспроизводя их на классной доске.

Лекционный курс Риттера приобрел в университете огромную популярность: стоило ему прочитать первые две-три лекции в поначалу полупустой аудитории, как к нему началось настоящее паломничество, и аудитория уже едва вмещала всех желающих.

У многих молодых ученых после его лекций пробудилась горячая приверженность к географии, причем в ее риттеровской интерпретации. И они понесли его слово дальше, в другие страны. Среди знаменитых последователей Риттера были французский географ Элизе Реклю и Арнольд Гюйо, ставший в 1854 г.

профессором физической географии и геологии в колледже Нью-Джерси (позднее Принстон).

Большим успехом пользовались и публичные лекции Риттера. Некоторые из его основных идей, касающиеся влияния главных особенностей земной природы на ход истории, были развиты в лекциях, прочитанных им перед членами Королевской академии наук в Берлине.

Географические идеи Риттера

Риттер неоднократно подчеркивал, что он преподаватель «новой научной географии», которую он противопоставлял «безжизненной сумме фактов о странах и городах, смешанных со всеми видами научной несостоятельности» (Bӧgekamp, 1863: 37). Его научная география основывалась на концепции единства в разнообразии, которую он создал для себя еще в юные годы.

Его цель состояла не только в перечислении предметов и явлений внутри сегментов земной поверхности; он главным образом стремился понять взаимоотношения, причинные взаимосвязи, которые и скрепляют территориальную целостность.

Вновь и вновь он употребляет немецкое слово Zusammenhang (связь, связность), придавая ему смысл качественной характеристики свойства сцепления различных объектов друг с другом.

Применительно к новой научной географии Риттер употребил слово Erdkunde, то есть наука о Земле, или землеведение. Он же широко пользовался гумбольдтовским термином Erdbeschreibung (описание Земли).

Риттер никогда не допускал и тени сомнения в том, что он изучает Землю в качестве дома (Wohnort) человека и, следовательно, что он имеет дело именно с поверхностью Земли.

Позднее, как мы увидим, некоторые немецкие географы стали истолковывать термин Erdkunde буквально и фокусировать свое внимание на изучении Земли в целом как планеты, а не только ее поверхности.

Риттер настаивал на том, что география должна быть эмпирической наукой и что ученым в поисках общих законов следует пройти через эмпирику наблюдений. Ученый должен вопрошать саму Землю о присущих ей законах (Риттер, 1853, с. 363).

Избегая предвзятых мнений и осуществив свои собственные непосредственные наблюдения особенностей форм земной поверхности в Европе, Риттер одним из первых указал на ошибочность взгляда Бюаша о существовании непрерывных горных цепей.

Поиск единства в разнообразии привел его к предпочтению районной концепции географии по сравнению с изучением отдельных характеристик.

Это, однако, не мешало ему понимать важность систематических (отраслевых) исследований и осознавать независимость своего подхода от подхода, предложенного Гумбольдтом, хотя именно обобщающие исследования Гумбольдта сделали возможным изучение отдельных районов, проведенное Риттером.

В качестве более крупных региональных единиц Риттер традиционно выбрал континенты и приступил к выработке обобщений применительно к материкам и их населению.

Взгляд на континенты как на первостепенную региональную целостность не только для целей преподавания географии, но и для формулирования концепций замедлил развитие географической науки.

Что же касается риттеровского определения рас по цвету кожи и соответствующего различения континентов, то это породило, к несчастью, лишь путаницу (Европа – для белых, Африка – для черных, Азия – для желтых и Америка – для краснокожих людей).

Риттеровская концепция относительно смысла существования всех наблюдаемых особенностей земной поверхности была существенно телеологической. Следуя философам Иммануилу Канту и Иоганну Готфриду фон Гердеру, Риттер во всех своих географических обобщениях исходил из присутствия божественного провидения.

Всевышний, всеведущий творец выступал у него в качестве автора заранее разработанного плана создания Земли как дома человека. И через все сочинения и лекции Риттера проходят слова благодарности Богу-творцу. Даже в расположении континентов Риттеру виделась богополагаемая цель.

Азия, говорил он, олицетворяет собой солнечный восход – здесь зародилась ранняя людская цивилизация. Африке соответствует полдень – с ним ее роднит и плавность очертаний и ровность климата; что же касается населения, то оно погружено в сонливость и избегает каких-либо внешних контактов.

Европе же дано особое предназначение – в наибольшей степени выявить способности и достижения людей, связанное с тем, что она – символ заката или завершения дня: здесь развитие человечества подходит к своей кульминационной точке.

Открытие Америки говорит о приближении нового заката и новой кульминации, к которой непрерывно стремится человечество, преодолевая препятствия на своем пути. Полярные районы указывают на полночь, время, когда Земля и люди погружены в вечный сон.

Риттер расширил концепцию материкового полушария, высказанную Бюашем и развитую Мальтебруном; и в этом он видел проявление божественного провидения: цивилизация, стремящаяся к завоеванию всего мира, могла возникнуть лишь в центральном местоположении среди массивов земной тверди.

Телеологические идеи Риттера попали под огонь критики со стороны его современников. Юлиус Фрёбель говорил, например, по поводу них, что с равной степенью убежденности можно было бы сказать, что трава была создана в качестве пищи для домашнего скота (Frobel, 1831).

Риттер в свою очередь возражал, что среди всех живых организмов на Земле лишь человек способен постичь существование божественного провидения и стремиться к тому, чтобы привести свою жизнь в соответствие с ним, в максимальной степени используя ниспосланный ему божий дар (Hartshorne, 1939: 62).

«Erdkunde» – география, или познание Земли

Как и Гумбольдт, Риттер написал обширную работу, явившуюся самым крупным его научным достижением.

Это – «Die Erdkunde». В переводе полное название отражает основную цель этого труда: «Землеведение в отношении природы и истории человека или общая сравнительная география как надежная основа изучения и преподавания в области физических и исторических наук». До того как Риттер стал профессором географии в Берлине, то есть до 1820 г.

, он все еще рассматривал географию как основу для исторических исследований. Но, заняв кафедру, он решил посвятить себя созданию труда, несравнимо более полно отражающего собственно географию. В 1822 г. он опубликовал второе издание первого тома, а в 1832 – второе издание второго тома.

К этому времени ему уже стали ясны размеры работы, которую он начал. После 1831 г. Риттер оставил многие из постов, что позволило ему сосредоточить все свои силы на написании своего труда. В период между 1832 и 1838 гг. было закончено еще шесть томов, а между 1838 и 1858 – еще одиннадцать.

Но и во всех девятнадцати томах Риттеру удалось завершить описание лишь Африки и частично Азии.

В отличие от работ Гумбольдта риттеровский труд создавался путем обобщения и объединения исследований, сделанных другими людьми. Он говорил, в частности, что его собственные полевые наблюдения в Европе позволили ему осмыслить сообщения других наблюдателей.

Фриц Крамер обратил внимание на тот любопытный факт, что описания тех районов Земли, которые Риттер никогда не видел, отличались точностью и живостью, чего нельзя сказать о местах, где он бывал: в этих случаях он писал скупо и неинтересно (Kramer, 1959).

В противоположность ярким лекциям Риттера, его публикации часто были скучны и непонятны. Ученые бились в поисках правильного истолкования некоторых из его пассажей, которые в переводе на другие языки вроде бы сохраняли смысл оригинала, но при этом утрачивалась сила воздействия высказанных идей.

Изучающий немецкий язык без конца попадает впросак, читая Риттера. Одно следует сказать в заключение: Риттер никогда не подвергал сомнению свои собственные идеи или то, что он желал сказать.

Он давал общее интуитивное представление о предмете, и многие из установленных им взаимосвязей никогда не подвергались жесткой проверке, да ее и нельзя было осуществить.

В случае с Риттером, пожалуй, было бы извинительно произнести сомнительную фразу о том, что единственный путь завоевать репутацию глубокого мыслителя – писать неясно и туманно. К. Риттер умер в Берлина в один год с А. Гумбольдтом.

Список литературы

  1. Джеймс П. Все возможные миры / П. Джеймс, Дж. Мартин / Под ред. и с послесл. А. Г. Исаченко. – Москва : Прогресс, 1988. – 672 с.

Источник: http://i.geo-site.ru/node/714

Карл Риттер и его географические идеи

Карл Риттер, величайший географ нового времени

Карл Риттер (1779-1859 гг.) – выдающийся немецкий географ, испытавший на себе мощное влияние идей Александра Гумбольдта. Он был кабинетным ученым и придерживался, как и Гумбольдт, мысли о целостности природы (110,126,271,279,299,377).

Он говорил, что задача географии – выявление связей и установление причинных зависимостей. В одном из его определений географии говорится, что предметом географии является «взаимодействие трех главных форм (т.е.

трех земных оболочек) на поверхности земного шара по пространственным их отношениям и реакциям принадлежащих каждой из них явлений.

У Риттера имеются также указания на необходимость исторического элемента в географии. Однако хорологический принцип у него подчеркивается значительно более четко, чем у Гумбольдта.

Так, в другом определении он писал, что предмет географии – «пространства на земной поверхности», заполненные земным веществом.

Вслед за Кантом Риттер утверждал, что хронология представляет основу для приведения в систему множества исторических фактов, тогда как пространство есть скелет для географии (110,126,271,299).

Подобно Гумбольдту, Риттер настаивал, чтобы география опиралась на эмпирические данные и материалы полевых исследований. Основываясь на фактах, он опроверг теорию непрерывности горных хребтов и мнимого соответствия всех водоразделов гребням гор. Однако для взглядов Риттера характерна противоречивость, неясность изложения мыслей, нечеткость терминов, а иногда и элементарная нелогичность.

География Риттера имела антропоцентрический характер. Уже в своей первой страноведческой работе, посвященной Европе (1804 г.), Риттер стремился связать историю с географией и дать обзор природных условий как предпосылку к изучению истории. Позднее эта тенденция оформилась у него более четко.

«Общее землеведение, — писал Риттер, — должно рассматривать Землю как жилище рода человеческого» (1864 г.). Основной его труд «Землеведение в отношении природы и истории человека, или Общая сравнительная география как надежная основа изучения и преподавания в области физических и исторических наук» (в 19 томах) всецело посвящен раскрытию этой идеи.

«Землеведение» в указанном смысле он противопоставлял «физическому землеописанию», изучающему Землю как тело природы (271).

От Канта Риттер воспринял теологический взгляд на природу. Согласно Риттеру, Земля предназначена свыше быть жилищем и «воспитательным домом» человека. Земля может быть только делом божественного провидения и представляет собой «преуспевающий, божественный организм», «совершеннейшее космическое тело».

Земля, по Риттеру, «между всеми планетами … более всех приближается к форме совершенного шара»; поэтому она смогла стать местом существования человека, предназначенным Богом для духовного совершенствования человечества.

Именно в этих идеях и положениях состоит исходная точка зрения Риттера на общее землеведение (271).

Риттер говорил, что беспорядочность в чертах строения земной поверхности лишь кажущаяся, что в действительности в этих чертах видны следы высшей симметрии и гармонии (271).

Но, стремясь раскрыть эту высшую симметрию и гармонию, он даже и не пытался найти естественные законы, управляющие земными процессами, а лишь искал скрытое в геометрических формах расчленения суши особое предназначение для судеб рода человеческого (126,271).

Главной особенностью строения земной поверхности Риттер считал противоположность между континентальным и океаническим полушариями.

Основные массивы суши сосредоточены в первом из них. Причем существует будто бы «великий закон всеобщего углубления середины континентального полушария».

Этот закон выражается в том, что внешние края материков, обращенные главным образом к Тихому океану, круто подняты, а внутренние края полого снижаются к центру, образуя обширные низменности как раз там, где сходятся три части Старого Света, создавая огромный амфитеатр человеческой деятельности, который «по тому самому должен сделаться классическую почвою всемирной истории..» (271).

У Старого Света, по Риттеру, есть важное преимущество над Новым Светом: он вытянут с Запада на Восток, т.е.

в пределах одного климатического пояса, что сделало возможным «всякого рода международные сношения и сообщения».

Америка не могла стать колыбелью человеческой цивилизации по той причине, что она протянулась с Севера на Юг, а отсюда – большие контрасты в климате, затрудняющие развитие и взаимосвязи культур (271).

Еще один «закон», провозглашенный Риттером, утверждает, что влияние культур должно быть согласовываться с вращением Земли, а потому они всегда распространяются с Востока на Запад (271).

Все труды Риттера, начиная с самых ранних, пронизывает мысль о том, что разгадку истории человечества надо искать в «различии положений» и в «распределении масс суши».

«Всякий человек, — утверждал Риттер, — есть представитель своего природного жилища, где он родился и воспитывался… Местные влияния ландшафтов на характеристику их жителей, на образ их и тԵлосложение, на форму черепа, на цвет, темперамент, язык и духовное развитие неоспоримы» (271).

По мнению современных методологов географической науки, подобный геодетерминизм не так уж и безобиден, ибо от него нетрудно сделать шаг до проповеди расизма и до оправдания колониального господства одних народов над другими (126, с.194).

Правда, сам Риттер таких выводов никогда не делал и даже оговаривался, что с развитием цивилизации народы постепенно освобождаются от влияния непосредственного природного окружения и способны изменять его (271,299).

Главным методом научного исследования у Риттера был сравнительный. Но и сам этот метод был подчинен у Риттера телеологическим идеям. Он ошибочно считал, что если две страны имеют сходные природные условия, то их роль в мировой истории должна быть аналогичной.

Его сравнительный метод не затрагивал существенные особенности природы. Главными объектами сравнения были внешние черты материков и их составных частей. В этой связи Риттер придавал особое значение уподоблению фоՀмы территории тем или иным геометрическим фигурам.

Задача сравнительного изучения земных пространств, по его мнению, состоит в том, чтобы для разных пространств подобрать соответствующие простейшие геометрические фигуры, а также выразить количественно соотношения этих пространств, что должно дать основания для суждения об их относительном влиянии на исторические судьбы народов. Так, он сравнивал с этой точки зрения материки по величине отношения длины береговой линии и их площади.

Важной заслугой Риттера было то, что все его страноведческие труды основывались на тщательном критическом изучении многочисленных источников. Он строил свои описания по естественному делению суши и старался ввести в страноведение природу.

Но природа рассматривалась у него преимущественно в отношении ее внешних черт (рельеф, береговая линия, гидрографическая сеть). Климату и органическому миру Риттер уделял относительно мало внимания.

Риттеровские произведения построены в духе топографического описания и ведутся по маршрутам разных путешественников (271,299,377).

Несомненно, труды Риттера оказали огромное влияние на мысли и идеи современных ему географов. Но вместе с тем надо заметить, что вряд ли в истории географии найдется какой-либо другой ученый, который подвергался бы такой острой и обширной критике, как Риттер. Его критиковали Фребель (Швейцария), А. Геттнер Германия), Д.Н.Анучин (Россия ) и др.

Вместе с тем многие критики были единодушны в том, что Риттер вывел географию из униженного положения и пробудил к ней внимание и уважение у лучших представителей читающей аудитории. Благодаря Риттеру, география освободилась от «статистических тисков».

Труды Риттера побудили географов так описывать территорию, чтобы у читателей создалось отчетливое представление об устройстве ее земной поверхности. Риттер, его многочисленные ученики и последователи превратили «мертвый, хотя и систематический сборник фактов в стройный организм науки» (126).

В целом же работы Карла Риттера оказали огромное влияние на современных ему ученых-географов (12,14,16,118,221,279,280,299,377).

Источник: https://megaobuchalka.ru/9/5731.html

Booksm
Добавить комментарий