Иран в 1840-1860-х годах. Религиозно-политическое движение бабидов. Попытка реформ.

Иран в 1840-1860-х годах. Религиозно-политическое движение бабидов. Попытка реформ

Иран в 1840-1860-х годах. Религиозно-политическое движение бабидов. Попытка реформ.

Определение 1

Бабиды — это последователи проповедника Али-Мухаммеда из секты шейхитов.

Проникновение в Иран иностранного капитала обострило кризис феодального Ирана. Ремесло и домашняя промышленность не смогли выдержать конкуренции со стороны английских фабричных товаров. Ткачи разорялись. Закрылся путь к развитию мануфактур. Иностранный капитал задел и интересы купечества. Появились иностранные торговые фирмы, обладающие привилегированным положением.

Потребность ханов в деньгах привела к тому, что феодальные повинности взыскивались в денежной форме в увеличившихся размерах.

В стране усилилось разложение феодального государственного аппарата. Коррупция и взяточничество приняли чудовищные размеры.

Бабидское движение: религиозное содержание, социальный состав, характер

В стране существовала секта шейхитов, которые верили, что должен прийти мессия — махди, для установления на земле справедливости. Махди через специального человека – баба — сообщит людям свою волю.

Ничего непонятно?

Попробуй обратиться за помощью к преподавателям

Замечание 1

В 1844 г. шейхит Али-Мухаммед провозгласил себя Бабом. Свои взгляды он обнародовал в книге «Беян» («Откровение»), ставшей священной книгой бабидов.

Баб считал, что каждой эпохе соответствует религия, изложенная в священных книгах.

Такими книгами были Пятикнижие, Евангелие, Коран, а теперь наступила эпоха новой священной книги — Беяна, но поскольку духовенство и представители власти не хотят расстаться со старыми порядками, то земля переполнена «несправедливостями и притеснениями». Он призывал создать священное царство бабидов в главных провинциях Ирана.

В новом царстве провозглашалось равенство людей, равноправие мужчин и женщин. Всех отказавшихся принять Беян, в том числе и иностранцев, было нужно изгнать из священной страны бабидов, а имуществоконфисковать и разделить. Некоторые положения, выдвигаемые Бабом, отвечали интересам купечества:

  • обязательная уплата долгов;
  • тайна торговой переписки;
  • признание ростовщических процентов справедливым делом;
  • право выезда из царства для торговцев;
  • организация хорошей почты;
  • введение единой денежной системы.

Сам Баб выступал как представитель купечества, однако проповедью равенства и призывами к созданию царства справедливости, он завоевал симпатии крестьян и ремесленников.

Особенную популярность проповедь бабидов получила среди крестьян и ремесленников в пригородных деревнях, в связи с чем усилилось влияние учеников Баба, тесно связанных с народом и развивавших антифеодальные элементы его учения.

Выходец из крестьян Мухаммед-Али из Барфоруша учил, что в бабидском царстве иранцы будут свободны от уплаты налогов и феодальных повинностей. Он призывал к общности имущества. Такие проповеди встречали поддержку крестьян и ремесленников.

В 1848 г. множество сторонников Баба собралось в г. Бар-форуше. В это время было получено известие о смерти шаха Мухаммеда. Бабиды сочли момент подходящим для выступления. После стычек с отрядами местных ханов отряд вооруженных бабидов обосновался в 20 км от города. Вскоре в укрепленном лагере собралось 2 тыс. крестьян и ремесленников.

Имущество собравшихся было объявлено общим достоянием. Все были обязаны работать на строительстве укреплений и изготовлять оружие. Питались бабиды из общего котла. Крестьяне поставляли восставшим лошадей, скот, продовольствие, фураж.

Известие, что в Шейх-Таберси началось «царство справедливости», способствовало успеху бабидской пропаганды в Иране. Начались волнения. Ханы и духовенство бежали в горы. Правительство приказало местным властям ликвидировать лагерь бабидов, но те смогли обратить в бегство отряды ханов. Потерпели поражение и войска шаха, присланные в конце 1848 г.. Число бабидов быстро росло.

Весной были посланы новые войска численностью 10 тыс. Ряды восставших таяли, кончалось продовольствие. Только в мае 1849 г. бабиды прекратили сопротивление.

Но бабидское движение продолжало расти в других городах и провинциях. В г. Зенджане завоевал популярность проповедник Мухаммед-Али зенджанский.

Опираясь на поддержку ремесленников, крестьян, купцов он начал открытое восстание в мае 1850 г. Восставшие захватили город, разгромили тюрьму. Все имущество было объявлено общим.

Важную роль в восстании играли городские ремесленники. В конце мая начали прибывать войска шаха, но их атаки отбивались бабидами.

Под влиянием восстания активизировалось движение в других районах. Восстание в Йезде было сравнительно легко подавлено властями. В июне бабиды восстали в Нейризе.

Чтобы пресечь распространение движения, шахское правительство в июле 1850 г. расстреляло арестованного Баба. Но его казнь не остановила бабидские выступления. Зенджан продолжал оставаться центром борьбы. Против него было выдвинуто большое войско с артиллерией. Шах приказал артиллерийским огнем разрушить занятую восставшими часть города и истребить всех повстанцев.

К концу 1850 г. зенджанское восстание было подавлено. Восстание в Нейризе было разгромлено еще раньше, но в ответ на террор началось новое выступление крестьян. В течение долгого времени повстанцы сопротивлялись в горных укреплениях. Однако, отрезанные от своих деревень, они были поголовно истреблены.

Второе нейризское восстание стало последним крупным выступлением бабидов. Восстания весной 1852 г. в Зенджане и Барфоруше не имели массового характера и были легко подавлены властями. Некоторые бабиды перешли к индивидуальному террору: в августе 1852 г. было организовано неудачное покушение на шаха. По всему Ирану правительство расправлялось с последователями бабидов.

Попытки реформ в Иране

Под влиянием народных восстаний некоторые представители власти попытались реформаторским путем ослабить глубокий кризис феодального Ирана. Инициатором реформ был великий визирь Амир Низам. Именно он организовал подавление бабидских восстаний и расправы с выжившими повстанцами.

Цели реформ:

  • укрепление центрального правительства;
  • создание сильной армии, которая была бы способна обеспечить независимость Ирана от иностранных держав.

Замечание 2

Амир Низам был противником усиления влияния англичан в Иране, стремился покончить с сепаратизмом и ханскими мятежами.

Визирь смещал губернаторов, которые не подчинялись центральному правительству, сократил число чиновников, боролся с казнокрадством, урезал доходы членов шахской семьи. Он пытался расширить торговлю и развивать местную промышленность. Было начато производство оружия. Началась реорганизация армии.

Учитывая недовольство крестьян произволом помещиков, Амир Низам разработал устанавливающий размеры повинностей проект.

Реформаторские проекты Амир Низама не могли изменить положение Ирана. Сторонники реформ составляли лишь малую часть господствующего класса. Большинство знати и высшее духовенство выступали против реформ. Амир Низама терпели на посту только пока продолжались восстания. Однако уже осенью 1851 г. он был смещен, а в 1852 г. казнен.

Попытка проведения реформ закончилась поражением. Сохранилось только значение преобразований в области просвещения. Молодых иранцев посылали учиться за границу, в Иран приглашались иностранные профессора. В Тегеране было основано учебное заведение европейского типа, в котором изучали военное дело, математику, медицину, гуманитарные науки.

Преподаватели переводили европейские учебники.

Источник: https://spravochnick.ru/istoriya/iran_v_1840-1860-h_godah_religiozno-politicheskoe_dvizhenie_babidov_popytka_reform/

Иран в 1840-1860-х годах, движение бабидов

Иран в 1840-1860-х годах. Религиозно-политическое движение бабидов. Попытка реформ.

Замечание 1

Подписание Каджарами целого ряда неравноправных договоров с Россией, Великобританией, Францией, Австрией вызвало массовое недовольство в стране. Самым заметным проявлением такого недовольства стало движение бабидов – радикально настроенных шиитов, которые основали в начале 1840-х годов своеобразную религиозную секту.

Ее основоположником был наследственный торговец хлопчатобумажными тканями Али Мухаммад Ширази.

В 1844 он назвался Бабом – то есть «Воротами», через которые «скрытый» 12-й имам передает свою волю людям, а в 1847 году сам себя провозгласил долгожданным Махди, на которого в результате переселения душ перешла духовная благодать всех предыдущих пророков и который пришел, наконец, на землю, чтобы установить на ней справедливость.

Свои идеи Баб изложил в книге «Баян» («Откровение»), которая должна, стать новым Священным Писанием вместо устаревшего Корана. Так, претендуя на мусульманский характер своего творения, Баб написал Баян одновременно на персидском и арабском языках.

Ничего непонятно?

Попробуй обратиться за помощью к преподавателям

Замечание 2

Фундаментом новой идеологии стал постулат о том, что ортодоксальные мусульманские законы и порядки, установленные Пророком Мухаммедом и кодифицированные Кораном и шариатом, уже устарели и должны быть заменены новыми.

Государственное устройство своего государства Баб предлагал строить на основе «священного числа» 19, которое он вывел от арабского слова хайр («благо, добро»), поскольку буквенная запись этого слова в арабском исчислении означает число 18, к которому прилагалась единица, что символизировала единого носителя вечной жизни.

За пропаганду идей, принципиально противоречили канонам ортодоксального шиизма, новоявленного пророка сразу арестовали (1847) и посадили в крепость Мака, однако арест Баба только способствовал радикализации движения. Его соратники перешли от проповедей к активным действиям. Бабиды провели съезд, на котором объявили о начале своей государственности.

Восстание бабидов

Шахское правительство разогнало съезд бабидов. Ответом на эту акцию было вооруженное восстание, начало которых пришелся на сентябрь 1848 года. Восемь месяцев шахские войска пытались подавить выступление, но безуспешно.

В мае 1849 года власть предложила «мятежникам» амнистию, жизнь и свободу в случае добровольной капитуляции. Бабиды в этом же месяце согласились на предложенную властью капитуляцию, но шахские войска всех их коварно уничтожили.

Второе восстания бабидов вспыхнуло в июне 1849 года.

Правительство бросило многочисленную карательную армию с пушками, которые буквально стирали в порошок оборонительные сооружения «бунтовщиков», однако сопротивление не утихало.

Лишь ценой больших потерь каджарские войска сломили сопротивление. В декабре 1849 года уцелевшим повстанцам также пообещали шахское прощение, а когда они сложили оружие – всех поголовно перебили.

Замечание 3

Боясь окончательно потерять контроль над ситуацией в стране, правительство обратилось к чрезвычайным мерам. В июле 1850 году в Тебризе казнили заключенного еще в 1847 г. Баба, лишив повстанцев их религиозно-политического вдохновителя.

Массовым террором подавили восстание в бабидов сжигали живьем целыми семьями. Теперь им уже никто ничего не обещал – бунт топили в крови.

Усиление централизации и реформы

Замечание 4

Во время правления Амира Низама (1808 — 1852) заметные изменения происходили и в общественной жизни страны. Проводя соответствующие реформы, правительство осторожно попытался освободить из-под тотального контроля ортодоксального шиитского духовенства образовательную и судебную системы.

В 1851 г. в Иране начали выходить персоязычные газеты, а в следующем году в Тегеране открылся первый светский лицей для детей придворной знати, где преподавали историю, географию, химию и медицину.

Позже, в русле начатых реформ, в иранской столице организовали военную школу европейского образца, где преподавали французские инструкторы. Начатые реформы по инерции продолжались определенное время после его смерти.

В Иране началось строительство первых предприятий машинной индустрии.

Однако результативность этих нововведений оказалась мизерной. Иран Каджаров уверенно опускался в болото полуколониального порабощения. Ускорил этот процесс очередной военный конфуз – поражение от Англии в войне.

Кризис и усиление зависимости Ирана

Довершило полуколониальное порабощение Ирана финансово-экономическая экспансия европейских стран – в первую очередь России и Великобритании. Хроническое отсутствие средств заставило Каджаров искать инвесторов для развития экономики на любых условиях.

Замечание 5

Государство Каджаров окончательно теряла экономический и дипломатический суверенитет, а вскоре потеряло и финансовую самостоятельность. Лишенный средств Насер ад-Дин Шах в конце XIX в. вынужден был брать кредиты под кабальные проценты у британских и русских финансистов, которые перед этим лишили Иран финансового суверенитета.

Государственный распад сопровождался активизацией сепаратистских режимов в провинциях империи, где вместе с иностранцами правили теперь уже не шахские наместники, а местные чиновники, с которыми британцы и русские, игнорируя шахское правительство, заключали прямые договоры о концессии, субсидии, организацию автономных вооруженных формирований.

Формально Иран сохранил зависимость, но только потому, что Британия не допустила превращения Ирана в русскую колонию, а Россия – в британскую.

Источник: https://spravochnick.ru/istoriya/iran_v_konce_xviii_pervoy_polovine_xix_v/iran_v_1840-1860-h_godah_dvizhenie_babidov/

Читать

Иран в 1840-1860-х годах. Религиозно-политическое движение бабидов. Попытка реформ.
sh: 1: —format=html: not found

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

ИНСТИТУТ ВСЕОБЩЕЙ ИСТОРИИ

ГЛАВНАЯ РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:

академик РАН A. О. ЧУБАРЬЯН (главный редактор)

член-корреспондент РАН B. И. ВАСИЛЬЕВ (заместитель главного редактора)

член-корреспондент РАН П.Ю. УВАРОВ (заместитель главного редактора)

доктор исторических наук М.А. ЛИПКИН (ответственный секретарь)

член-корреспондент РАН Х.А. АМИРХАНОВ

академик РАН Б.В. АНАНЬИЧ

академик РАН A.И. ГРИГОРЬЕВ

академик РАН А.Б. ДАВИДСОН

академик РАН А.П. ДЕРЕВЯНКО

академик РАН C.П. КАРПОВ

академик РАН А.А. КОКОШИН

академик РАН B.С. МЯСНИКОВ

член-корреспондент РАН В.В. НАУМКИН

академик РАН А.Д. НЕКИПЕЛОВ

доктор исторических наук К.В. НИКИФОРОВ

академик РАН Ю.С. ПИВОВАРОВ

член-корреспондент РАН Е.И. ПИВОВАР

член-корреспондент РАН А.П. РЕПИНА

академик РАН В.А. ТИШКОВ

академик РАН А.В. ТОРКУНОВ

академик РАН И.Х. УРИЛОВ

Ответственный редактор тома доктор исторических наук В.С. МИРЗЕХАНОВ

Издание осуществлено при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (РГНФ) проект № 14-01-16-072

Редакционная коллегия:

С.Б. Вольфсон (ответственный секретарь), А.А. Исэров, Е.В. Котова, А.Г. Матвеева, А.С. Намазова, В.С. Мирзеханов (ответственный редактор), О.В. Окунева, В.В. Рогинский, Г.А. Шатохина-Мордвинцева

Рецензенты:

доктор исторических наук Е.А. Вишленкова,

доктор исторических наук П.П. Черкасов

Введение

XIX век в мировой истории: проблемы, подходы, модели времени

Говоря о XIX веке, мы сразу задумываемся о содержании этого понятия: был ли XIX век лишь изобретением историков, либо это модель исторического времени — элемент самосознания человечества? Как «конструировался» XIX век, с чем его ассоциировали современники и потомки, справедливо ли называть его, как когда-то, «веком капитала»? Быть может, уместнее определения «век ускорения», «век прогресса», «век научного разума»? Или он был в первую очередь «веком революций», «веком социальных конфликтов», «веком избавления от рабства»?

Эпохи отличаются одна от другой во времени, как страны в пространстве, и когда говорится о XIX в., мы представляем себе, каждый по-своему, какое-то цельное, яркое, динамичное, сравнительно благополучное время, резко отличающееся от того, что было до, и от того, что настало после. Не подлежит сомнению, что у XIX в. была своя уникальность, позволяющая отличать его от других столетий.

Временной континуум XIX в. осознается как эпоха врастания в современность. Понятие «XIX век» связывается с опытом ускорения времени и ассоциируется с модерностью/современностью как антиномией вечности.

При этом название этого века, его нумерация, берет начало в христианской системе исчисления времени, и данное обстоятельство не раз побуждало историков задаваться вопросом, был ли девятнадцатый век у мусульманских народов, у китайцев, у индусов и многих других, живших за пределами западного мира.

И если признать такую идею, то не будет ли тогда более правильным говорить об этом столетии, как исключительно «веке Европы», «веке Запада», «веке подъема германского духа», «веке британского могущества»? Однако сегодня существует все больше свидетельств того, что не только Европа, но и остальной мир всегда пребывали в пространстве исторического процесса, следовательно, не вполне верно говорить, что «пробуждение Азии» началось только в XX в. Благодаря всё новым источникам исследователи с некоторым удивлением продолжают «открывать» наличие истории, а значит и XIX в. повсюду, даже там, где не было письменности — в царстве «печальных тропиков» и на заброшенных островах Тихого океана.

Если признать, что история — не только удел великих персонажей, но и вся та почти неподвижная повседневность материальной жизни, которая традиционно скрывалась от глаз летописцев и архивариусов, то у всякого века, в том числе девятнадцатого, должно присутствовать и данное измерение.

При таком понимании истории XIX век — еще и «век пара и электричества», «век телеграфа и железных дорог», «век скоростных сообщений», «век фотографии».

Но, кроме того, это «век стали и чугуна», «век химических удобрений и травосеяния», «век новых продуктов питания и новых лекарств», если иметь в виду хинин, благодаря которому европейцам удалось совладать с малярией и начать экспансию в жаркие страны.

Наше современное понимание XIX столетия является многомерным, при этом мы не ощущаем этот век как иной/прошедший, не воспринимаем его как отчужденное прошлое. XIX век кажется близким, понятным и данным нам почти что в ощущениях.

Мы пытаемся схватить его суть, имея в виду огромное множество черт этого времени, столь значимых и для тех, кто в нем жил, и для тех, кто пришел в него потом. Уникальная природа века проистекает из его невиданного разнообразия и, конечно же, из что наша связь с этим веком все еще сохраняется.

Мы связаны с ним благодаря бесчисленным родословным ныне живущих людей, благодаря нашему языку, нашим обычаям и нашей вере, а также нашей памяти, которая все еще продолжает цепляться за этот век с помощью семейных фотоальбомов, тех песен, что пели наши прапрадеды, и тех заветов, что они чтили. Но время идет, безжалостно ослабляя эту тонкую связь.

Поэтому каждый взгляд в это недавнее прошлое позволяет удерживать его перед собой как некий целостный образ, как символ, без которого наше понимание собственного настоящего и самих себя будет неполным.

История «глобального XIX века» требует прояснить исследовательские отношения с «веком» как аналитической категорией. Когда начался и когда закончился XIX век? Если отвечать на этот вопрос, не привязываясь к календарным датам, возможно, придется взять более значимые исторические ориентиры.

В глобальной перспективе еще труднее, чем только для России или Европы, установить содержательное, а не только формально-календарное начало XIX в., в ходе которого формировались и обретали нормативную силу несущие элементы и практики модерна в мире.

Если даже в определении различных эпох европейской истории не существует единого мнения, то задача создания периодизации мировой истории представляется еще более сложной. Политические даты вряд ли могут здесь помочь. До XX в. ни один год не стоит рассматривать как эпохальный для всего человечества.

Можно представить Французскую революцию ретроспективно как событие универсального воздействия на последующую историю, но с точки зрения воздействия на жизнь неевропейских обществ она не была переломным событием. Политическое начало XIX в., следовательно, невозможно фиксировать хронологически.

С некоторого исторического расстояния момент, когда начинается XIX в., видится несколько рассредоточенным во времени. В какой-то мере то же самое можно сказать и о его финале. Картина усложняется, если добавить еще одну переменную.

Крайне сложно вписать периодизацию, взятую из политической истории, в хитросплетение периодизаций других полей прошлого, связанных с политикой, — религии, искусства, идей, общества, экономики.

В 1800 г. единый календарный порядок еще не имеет обязывающего характера, системы организации времени в мире весьма разнообразны. На фоне такой «подвижности» календарных порядков власть чисел уже не очевидна, а календарные границы исторического времени оказываются, скорее, спорным моментом, чем единственной правомерной точкой отсчета.

XIX век, как и любой другой, представляется структурой, состоящей из напластований множества разновременных процессов. Там есть идеологические, политические и культурные слои, которые проходят через все столетие, соединяя его с XVIII в. и выводя прямо в XX в.

Но попадаются и другие, прерванные, наложившиеся друг на друга, «переплетенные» между собой (Р. Козеллек).

Для того чтобы охватить все эти разнообразные слои, необходимы самые гибкие эвристические инструменты: это в равной степени относится и к вопросу периодизации, и к жестким цезурам между эпохами, основанным на произвольных, неочевидных обстоятельствах, событиях и ориентирах.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=268466&p=206

Booksm
Добавить комментарий