Ханс-Георг Гадамер и его философия

Этико-философское учение Гадамера Ганса-Георга

Ханс-Георг Гадамер и его философия

Слышали ли вы когда-то о философской герменевтике? Если да, вы не могли пропустить мимо своих ушей имя одного из самых известных философов ХХ столетия – Ганса-Георга Гадамера.

Немецкий философ из Марбурга – Ганс-Георг Гадамер, как пример для наследования каждого философа современности, стал не только яркий представитель школы континентальной философии, но и прославился как автор философской герменевтики.

Для нас это важно, так как с точки зрения герменевтики Гадамера Ганса-Георга задание философии заключается в толковании предельных значений культуры, поскольку реальность мы видим сквозь призму культуры, которая являет собою совокупность основных текстов.

Это объясняет базис (основу) его этико-философского учения.

В учении Гадамера прослеживается влияние Гайдеггера, философия которого была основана на соединении двух фундаментальных наблюдений. Гадамер интерпретирует учение Гайдеггера в трехстороннюю схему понимания.

В первом измерении схемы система отсчета, в которой заложены основы герменевтики. В другом измерении схемы – план, где философ формирует свою точку зрения таким образом, чтобы она была понятна для других.

Эти три стороны берут участие в «кругу герменевтики» философа.

Стоит обратить особое внимание на более глубокие основы этико-философских учений Гадамера Ганса-Георга. Таким образом, одной из центральных идей, которая проходит через философскую герменевтику философии является акцент на жизни: жизни, в которой круг герменевтики начинается и заканчивается.

В своей философии Гадамер утверждает, что сама природа существования вообще и существование в обществе состоит в том, что мы должны начать с определенной позиции в свете и через призму постоянного анализа окружающей среды и самоанализа найти именно Своё место.

В этом смысле через свои учения Гадамер отходит от большой части этичных традиций общества последних годов, ведь они были сосредоточены в основном на влияние и формирование основных правил и принципов, которые определяют правильные действия.

В своих учениях Гадамер отказывается от абстрактных и теоретичных формулировок этики. С его точки зрения эти теории не только отрицают и презирают практический характер этичного, однако и положения, которые лежат в их основе невозможно назвать истинными.

Он утверждает, что этико-философская теория должна быть отображением «рационального на универсальных принципах». Интересным есть то, что через несогласие с абстрактностью мышления Гадамер Ганс-Георг критиковал философию Гегеля.

Это означала акцент философа на понимании не «лучшего», а «другого», актуального с точки зрения его плюрализма.

Философ формирует мысль о том, что сегодня человек прежде всего наследует предубеждение, общественные обычаи и мораль с окружающей среды и общественности, в которой живет. В результате именно с наследуемых предубеждений человек этичные суждения и строит для себя понятие моральности, от которого полностью не сможет отказаться никогда.

Можно утверждать, что этико-философское учение Гадамера определенным образом «перекликается» с учением Аристотеля и его рассказами о «доброй личности».

Таким образом у Аристотеля владение добротой требует практическую мудрость.

Проводя параллели с Гадамером, человеческая доброта в контексте этики требует понимания своего положения в мире и в обществе, и находит свое проявление только в добротворительной жизни.

С другой стороны, учения Гадамера далеко от скептицизму и релятивизма. Для его позиции не свойственно игнорирование ограничений, что выплывают из фундаментальных концепций бытия человека в мире.

Исходя из его учений, учитывая возможность улучшения истины, путем освобождений от предрассудков, этическая сторона жизни должна оставаться открытой для возможностей.

Действительно, после изучения трудов Гадамера остается стойкое чувство добра, которое занимает положение в понятии этичного, подталкивая человека к диалогических отношений, в которых появляется возможность критично изучить собственные этичные понимания.

Рассматривая настоящее через призму учений Гадамера, проблемы в современной теории этики за учением философа необходимо воспринимать как распространенные ошибки современности, обремененные наложенным историческим эффектом и влиянием предубеждений на наше понимание этики.

Учитывая все вышесказанное можно утверждать, что Гадамер видит этичную истину в венце всего понимания, в котором человек стает посредником, подвергая себя на влияние предубеждений и исторических концепций.

Напоследок стоит вспомнить и о критике Гадамера. Некоторые философы высказывают гипотезу о том, что этико-философское учение Гадамера в чистом виде отличается от того, что мы видим на самом деле.

Можно сделать вывод, что Гадамер Ганс-Георг говорил о том, что этика, как и герменевтика проявляется в жизни как своего рода понимание, которое стает одновременно теоретичным и практичным. Он откидал формализм и методологии других этичных теорий, сосредоточиваясь вместо этого на практической жизни с его предубеждениями и ценностями.

Источник: http://moral.infotaste.com/etiko-filosofskoe-uchenie-gadamera-gansa-georga/

Великие философы — гадамер ханс георг

Ханс-Георг Гадамер и его философия
(род. в 19ОО г.) немецкий философ. Был учеником Хайдеггера, затем стал одним из основателей философской герменевтики. Занимался преподаванием философии в Лейпцигском университете (с 1939 г.), в Гейдельбергском университете (с 1949 г.). В 1946-1947 гг. был ректором Лейпцигекого университета.

Слово «герменевтика» означает толкование различных текстов. Гадамер придает герменевтике философское звучание и значение. Он полагает, что феномен понимания и правильного истолкования понятого не только специальная методологическая проблема наук о духе. Феномен понимания пронизывает все связи человека с миром.

По словам Гадамера, науки о духе сближаются с такими способами постижения, которые лежат за пределами науки: с опытом философии, искусства, самой истории. Все это такие способы постижения, в которых возвещает о себе истина, не подлежащая верификации методологическими средствами науки.

Герменевтика для Гадамера воплощает опыт истины, который не только философски обоснован, но и сам является способом философствования.

Истоки герменевтики Гадамера учения Гуссерля, Дильтея, Хайдеггера.

Гадамер полагает, что герменевтическая рефлексия вырастает повсюду из конкретной практики науки. Более того, эта герменевтическая рефлексия повсеместно обнаруживается в научной практике. Своей герменевтикой Гадамер, по его словам, пытался примирить философию с наукой.

В этом случае философское сознание исследует наряду с собственной постановкой вопроса также условия и границы науки во всеобщности человеческой жизни. Границы и условия деятельности науки должна прояснять именно философия, и это в то время, когда до суеверия верят в науку.

«Именно на этом основан тот факт, что напряженное внимание к истине и методу имеет непреходящую актуальность».

Герменевтика занимает соответствующее место и в теории науки, поскольку открывает внутри науки с помощью герменевтической рефлексии условия истины, которые не лежат в логике исследования, а предшествуют ей.

В современную эпоху герменевтика, по мнению Гадамера, выступает как самосознание человека. «Один из важнейших уроков, которые дает история философии для этой актуальной проблемы, состоит в той роли, которую играют в аристотелевской этике и политике практика и знание, освещающие и ведущие ее, практический ум или мудрость…» [Истина и метод. М., 1988. С. 621].

Гадамер полагает, что «понятийная система, в которой развертывается философствование, всегда владела нами точно так же, как определяет нас язык, в котором мы живем. Осознать подобную предопределенность мышления понятиями этого требует добросовестность мысли.

Таково новое критическое сознание, неизбежно сопровождающее отныне всякое ответственное философствование и выводящее те языковые и мыслительные привычки, какие складываются у отдельного человека в процессе коммуникации с окружающим его миром, на суд исторической традиции, которой мы все принадлежим» [С. 43].

Гадамер говорит, что «познание социально-исторического мира не может подняться до уровня науки путем применения индуктивных методов естественных наук… Идеалом здесь должно быть понимание самого явления в его однократной и исторической конкретности.

При этом возможно воздействие сколь угодно большого объема общих знаний; цель же состоит не в их фиксации и расширении для более глубокого понимания общих законов развития людей, народов и государств, но, напротив, в понимании того, каковы этот человек, этот народ, это государство, каково было становление, другими словами как могло получиться, что они стали такими» [С. 45-46].

Гадамер останавливается на понятии «образование», которое, по его словам, «помогает наиболее отчетливо ощутить, как глубока духовная эволюция, позволяющая нам все еще чувствовать себя как бы современниками Гете и, напротив, заставляющая уже все барокко считать доисторическим временем.

Наиболее значимые понятия и обороты речи, которыми мы привыкли оперировать, приняли свой облик именно в этом процессе, и тот, кто не желает заниматься языком, отдаваясь на волю его стихии, а стремится обрести самостоятельное и обоснованное понимание истории, обнаруживает, что вынужден переходить от одной проблемы из области истории слов и понятий к другой» [С. 50-51].

Такими понятиями Гадамер считает следующие: искусство, гений, историю, творчество, стиль, символ.

Другое ведущее понятие «здравый смысл», который тесно связан со способностью суждения. Таким образом, Гадамер считает, что вопрос об истине зависит от философского понимания совокупности гуманитарно-научных процессов.

Гадамер исходит из поставленного Хайдеггером вопроса о процессе понимания. Он пишет: «Тот, кто хочет понять текст, постоянно осуществляет набрасывание смысла. Как только в тексте начинает проясняться какой-то смысл, он делает предварительный набросок смысла всего текста в целом.

Но этот первый смысл проясняется в свою очередь лишь потому, что мы с самого начала читаем текст, ожидая найти в нем тот или иной определенный смысл.

Понимание того, что содержится в тексте, и заключается в разработке такого предварительного наброска, который, разумеется, подвергается постоянному пересмотру при дальнейшем углублении в смысл текста… Предвзятые мнения, не подтверждающиеся фактами, грозят сбить с верного пути того, кто стремится к пониманию.

Разработка правильных, отвечающих фактам набросков, которые в качестве таковых являются предвосхищениями смысла и которые еще только должны быть заверены «самими фактами», в этом постоянная задача понимания.

Здесь нет никакой другой «объективности», помимо того подтверждения, которое наше предварительное мнение получает в ходе разработки.

Что еще характеризует произвольность не отвечающих фактам пред-мнений, как не то, что их уничтожает первая же попытка приложения к реальности? Понимание обретает свои подлинные возможности лишь тогда, когда его предварительные мнения не являются случайными. А потому есть глубокий смысл в том, чтобы истолкователь не просто подходил к тексту со всеми уже имеющимися у него готовыми пред-мнениями, а напротив, подверг их решительной проверке с точки зрения их оправданности, то есть с точки зрения происхождения и значимости» [С. 318-319].

Гадамер говорит: «Тот, кто хочет понять, не должен отдаваться на волю своих собственных пред-мнений во всей их случайности, с тем, чтобы как можно упорнее и последовательнее пропускать мимо ушей мнения, высказанные в тексте, покуда наконец эти последние не вырвутся в его иллюзорное понимание и не уничтожат его.

Скорее тот, кто стремится понять текст, готов его выслушать и позволяет ему говорить. Поэтому герменевтически воспитанное сознание должно быть с самого начала восприимчиво к инаковости текста.

Такая восприимчивость, однако, не предполагает ни «нейтралитета» (в том, что касается существа обсуждаемого дела), ни самоуничтожения, но включает в себя снимающее усвоение собственных пред-мнений и пред-суждений.

Речь идет о том, чтобы помнить о собственной предвзятости, дабы текст проявился во всей его инаковости и тем самым получил возможность противопоставить свою фактическую истину нашим собственным пред-мнениям» [С. 321].

Гадамер специально останавливается на понятии предрассудка, которое было разработано в эпоху Просвещения, и показывает, что предрассудки отдельного человека в гораздо большей степени, чем его суждения, составляют историческую действительность его бытия [С. 329].

Герменевтическое правило состоит в том, что целое следует понимать исходя из частного, а частное исходя из целого. Понятийным, полагает Гадамер, является лишь то, что представляет собой законченное смысловое единство.

Так, читая какой-либо текст, мы всегда предполагаем его смысловую завершенность, и только если это предположение оказывается неоправданным, т.е. текст непонятным, лишь тогда мы сомневаемся в точности дошедшего до нас текста и думаем о том, как бы нам исправить эту неточность.

Этим еще раз подтверждается наш тезис, что понять означает прежде всего понять само дело и лишь во вторую очередь выделить и понять чужое мнение в качестве такового. Наипервейшим из всех герменевтических условий остается, таким образом, предпонимание, вырастающее из нашей обращенности к тому же делу.

«Герменевтика должна исходить из того, что тот, кто хочет понять, соотнесен с самим делом/ обретающим голос вместе с историческим преданием, и связан или вступает в соприкосновение с той традицией, которая несет нам предание.

С другой стороны, герменевтическое сознание отдает себе отчет в том, что его связь с этим делом не может быть тем самоочевидным и несомненным единством, которое имеет место в случае непрерывно длящейся традиции» [С. 349].

Таким образом, при герменевтическом исследовании возникает так называемый герменевтический круг (часть целое), при котором «предвосхищающее движение предпонимания постоянно определяет понимание текста» [С. 348]. «Круг целого и части находит в законченном понимании не свое разрешение, но, напротив, свое подлиннейшее осуществление, воплощение» [С. 348].

Важное место в концепции Гадамера занимают понятия ситуации и горизонта. Он пишет, что «действенно-историческое сознание есть прежде всего осознание герменевтической ситуации… Понятие ситуации характеризуется тем, что мы ей не противопоставлены и потому не можем иметь о ней предметного знания.

Мы пребываем в ней, мы всегда преднаходим себя в какой-либо ситуации, высветление которой является для нас задачей, не знающей завершения» [С. 357].

Поэтому «задача философской герменевтики может быть определена так: она должна пройти путь гегелевской феноменологии духа в обратном направлении, поскольку во всякой субъективности должна быть показана определяющая ее субстанциальность.

Любое конечное настоящее имеет свои границы. Понятие ситуации определяется как раз тем, что она представляет собой точку зрения, ограничивающую возможности этого зрения. Это значит, что в понятие ситуации существенным образом входит понятие горизонта.

Горизонт поле зрения, охватывающее и обнимающее все то, что может быть увидено из какого-либо пункта. В применении к мыслящему сознанию мы говорим, далее, об узости горизонта, о возможном расширении горизонта, об открытии новых горизонтов и т.д….

Разработка герменевтической ситуации означает соответственно обретение правильного горизонта вопрошания для тех вопросов, которые ставит перед ними историческое предание» [С. 357-358].

Важное место Гадамер уделяет пониманию опыта и его роли в герменевтике. Он пишет: «Герменевтический опыт имеет дело с преданием. Предание вот, что должно быть испытано в этом опыте. Однако предание есть не просто свершение, которое мы учимся познавать путем опыта, над которым учимся господствовать, оно есть язык, то есть оно само заговаривает с нами, подобно некоему «Ты»« [С. 421].

Герменевтика Гадамера включает в себя проблему вопроса и ответа. Он пишет: «То, что переданный нам текст становится предметом истолкования, означает, что этот текст задает интерпретатору вопрос.

Поэтому истолкование всегда содержит в себе существенную связь с вопросом, заданным интерпретатору. Понять текст значит понять этот вопрос. Как мы показали, однако, это происходит путем обретения герменевтического горизонта.

Этот последний мы понимаем теперь как горизонт вопроса, в границах которого определяется смысловая направленность текста» [С. 434435].

Среда герменевтического опыта язык. Гадамер пишет: «Понимание основывается вовсе не на попытках поставить себя на место другого или проявить к нему непосредственное участие.

Понять то, что нам говорит другой, означает, как мы видели, прийти к взаимопониманию в том, что касается сути дела, а вовсе не означает поставить себя на его место и воспроизвести его переживания. Мы подчеркивали, что постижение смысла, осуществляемое таким образом, всегда включает в себя аппликацию.

Теперь мы обращаем внимание на то, что весь этот процесс есть процесс языковой. Недаром собственная проблематика понимания, попытка овладеть пониманием как искусством а это и есть тема герменевтики традиционно принадлежит сфере грамматики и риторики.

Язык есть та среда, в которой происходит процесс взаимного договаривания собеседников и обретается взаимопонимание по поводу самого дела» [С. 446-447]. «Язык это универсальная среда, в которой осуществляется само понимание. Способом этого осуществления является истолкование» [С. 452].

Язык, таким образом, рассматривается Гадамером как особая реальность, внутри которой происходит понимание человеком человека, а также понимание человеком мира. Язы

Источник: http://www.xn--80aacc4bir7b.xn--p1ai/%D1%81%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BE%D1%87%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B8/%D0%B2%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%B8%D0%B5-%D1%84%D0%B8%D0%BB%D0%BE%D1%81%D0%BE%D1%84%D1%8B/%D0%B3%D0%B0%D0%B4%D0%B0%D0%BC%D0%B5%D1%80-%D1%85%D0%B0%D0%BD%D1%81-%D0%B3%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B3

Ханс-Георг Гадамер, биография, история жизни, факты

Ханс-Георг Гадамер и его философия

Ханс-Георг Гадамер родился в семье протестантов в небольшом городке Марбург, распложенном на реке Лан. Мальчик рано лишился матери, а его воспитанием с четырех лет занимался исключительно отец.

С ним же он покинул родной город и переехал в польский город Бреслау (ныне Вроцлав), где родитель некоторое время работал преподавателем.

Позже, получив предложение возглавить кафедру фармацевтики, он вернулся в Марбург.

Окончив одну из польских школ, Ханс-Георг поступил во Бреслауский университет, а после возвращения на малую родину (1919 г.) продолжил образование в местном университете.

Основными направлениями изучения молодой человек определил философию, германистику и теорию литературы. По окончанию ВУЗа в 1922 году Гадамер без проблем защитил диссертацию, а его руководителем в этом проекте стал небезызвестный Пауль Наторп.

 В дальнейшем полученные знания Гадамер дополнил курсом лекций классической философии.

У Гадамера было слабое здоровье и хронический недуг – полиомиелит, ввиду чего, он не участвовал в войнах, которые на его судьбу выпали дважды (Первая и Вторая мировая).

В 1923 году Ханс-Георг завел знакомство с человеком, оказавшим на него огромное влияние. Им стал Мартин Хайдеггер, создавший «Учение о Бытие» и преподававший в то время в Марбургском университете. Под его руководством он защитил еще одну диссертацию, а после и сам стал преподавать в родном институте.

Герменевтика Гадамера

Герменевтика как отдельное течение в философской науке была выделена в конце ХХ столетия. Являясь наукой о понимании, она изучает процессы передачи информации в познании.

Основой учения является выражение «недоверия» к существовавшим ранее теориям, концепциям и лозунгам прежних философских учений. Ханс-Георг Гадамер, в своем главном сочинении «Истина и метод.

Основные черты фило­софской герменевтики» (1960) высказывался следующим образом: «Человечеством утрачена возможность наивного неведения, благодаря которому традиционные понятия поддерживали личностное мышление». Эта книга принесла ему мировую известность.

В ней он представил свое виденье понимания как способа человеческого бытия, а не логического акта, как было принято считать ранее. При этом в бытие он вкладывает понятия опыта (опыт жизни, культуры, истории), а основные принципы становления опыта, по его мнению, заложены в языке.

Язык же в свою очередь, в какой-то мере предопределяет схемы ориентации индивидуума в мире. Гадамер, так же как и Хайдеггер, рассматривал язык как «медиум» раскрытия происходящего бытия, а не как инструмент или даже знак произвольно выбираемого содержания.

Согласно Гадамеру любая интерпретация  текста определена предшествующими интерпретациями (традицией интерпретаций), но при этом каждая отдельная интерпретация является звеном, составляющим традицию, таким образом, создающим ее заново.

Гадамер культурную традицию рассматривал в разрезе связи будущего с настоящим и представлена она в соответствие с его учением, в виде своеобразного диалога, в котором есть и ответ, и вопрос. При этом важно не только реконструировать вопрос так, чтобы найти в нем же ответ, но и сопоставить его с самим собой. Таким образом, диалог является самостоятельным источником знаний.

«Истина и метод»  в корне изменила жизнь не только автора, но и общества в целом. В средине 70-х наблюдалось повышение интереса к основам и понятиям герменевтики не только среди профильных специалистов, но и у психоаналитиков, у постструктуралистов и т.д.

Философ регулярно проверял на практике свои суждения, часто истолковывая поэзии немецких поэтов и классиков (Гёте, Стефан Георге, Хайдеггер и Гегель и других). Особое удовольствие ему приносил анализ работы греческих мыслителей – Платона и Аристотеля.

Другие достижения

Кроме работы над философскими трудами, Гадамер вел активную преподавательскую деятельность.

В его послужном списке работа в лучших учебных заведения мира: Лейпцигский университет, в котором он был и профессором (1939 по 1947), и ректором(1946—1947), университет Франкфурта-на-Майне, университет Гейдельберга и многие другие.

Кроме того, Гадамер является основателем профильного журнала «Philosophische Rundschau», а в свое время он возглавлял Немецкое философское общество (1962 г.).

Даже после выхода на пенсию философ не прекращал преподавательской деятельности – он делился собственным опытом и познаниями со студентами во всех уголках США, а в 1968 году возглавил Академию наук в Гейдельберге.

Ханс-Георг Гадамер является членом международных академий наук – от Лейпцига до США, почетным доктором в университетах Канады, США, ФРГ, Польши, России и Чехии.

Вклад Гадамера в развитие философии был оценен многими ученными. Так Ричардом Рорти Гадамер был рекомендован для чтения как образец «научающей философии». Философская герменевтика в образе Гадамера приобрела абсолютно новое значение, в котором четко определяется связь с прошлым, но при этом учитывается своеобразие современности.

, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: https://theperson.pro/hans-georg-gadamer/

Booksm
Добавить комментарий